IkkiTousen - Школьные войны - Форум
Вторник, 08 Ноя 11, 03:38
Логин:
Пароль:
Гость


Группа:
Гости
Гость, мы рады вас видеть. Пожалуйста зарегистрируйтесь
или авторизуйтесь!
Вход
Страница 1 из 11
Форум » Общее о "Школьных войнах" » Главные герои » Исторические прототипы персонажей "Школьных войн" (Информация) » Алиса - Ангел на https://ipleer.fm/song/32731498/Alisa_-_Angel/, отличная подборка.
Исторические прототипы персонажей "Школьных войн"
АттилаДата: Четверг, 01 Апр 10, 17:29 | Сообщение # 1
Летающий генерал

Дополнительные данные
Основной источник информации – книга Ло Гуаньчжуна «Троецарствие». Картинки из игр Dynasty Warriors 5-6.

Кёсё – царство Вэй.

Сосо Мотоку – Цао Цао\Као Као.

Происходил из влиятельного рода Сяхоу. Его отец был усыновлён евнухом и получил от него фамилию Цао. Цао Цао прославился во время подавления восстания Жёлтых повязок. После того как Дун Чжо\Донг Жуо (Тотаку) захватил в стране власть, Цао Цао участвовал в организации заговора против тирана. Заговор провалился и Цао Цао вынужден был бежать. После этого Цао Цао начал рассылать призывы к борьбе против Донг Жуо:

"Цао Цао и его единомышленники, движимые чувством великого долга, объявляют всей Поднебесной: злодей Дун Чжо совершает преступление против неба и губит землю. Он убил государя и разоряет государство, оскверняет дворец и терзает народ. Лютый и бесчеловечный, он виновен во многих подлых поступках. Ныне мы получили секретный приказ императора собирать войско. Клянемся, что очистим империю и уничтожим разбойников. Мы уповаем на то, что вы тоже подымете войска, дабы совместно с нами излить свой справедливый гнев, поддержать правящий дом и спасти народ. Выступайте немедля, как только получите этот клич".

Его инициатива возымела успех и была создана коалиция, во главе которой встал Юань Шао (Энсю, глава Есю). Коалиция вынудила Дун Чжо бежать из столицы (которую он, отступая, поджёг), но после этого переругалась и распалась. Лишь Цао Цао бросился преследовать отступающего тирана. Но потерпел поражение и едва спас свою жизнь.
После этого в Китае наступил период раздробленности и междоусобных войн. Цао Цао сумел взять под свою «опеку» и сделать императора своей марионеткой, издавая от его имени указы. Одолел Лу Бу\Люй Бу (Рёфу Хосен), Юань Шао и сумел подчинить себе Северный и Центральный Китай.
Как-то Лу Бу сумел заманить Цао Цао в Пуян, поджечь и атаковать город:

Между тем Цао Цао заметил, как Дянь Вэй вырвался из городских ворот, но, будучи окружен со всех сторон, не смог прорваться через южные ворота и бросился к северным. При свете пожара он столкнулся с Люй Бу. Цао Цао закрыл лицо руками, подхлестнул своего коня и хотел проскочить мимо, но Люй Бу настиг его и, слегка ударив по шлему алебардой, спросил:
– Где Цао Цао?
– Вот он скачет впереди, на рыжем коне! – ответил Цао Цао, указывая рукой в противоположную сторону.

Цао Цао был спасён Дянь Вэем проложившим путь и Сяхоу Юанем подоспевшим на подмогу.
Во время похода на Юг потерпел поражение в двойном сражении (на воде и на суше) при Чиби от объединённых сил Лю Бэя (Рюби Гентоку) и Сунь Цюаня (в аниме не замечен, в третьем сезоне за него выдавала себя Сонкен Тюбо). После поражения восстановил свои силы и расширил свои владения на Запад. Разбил Ма Чао (Бачоу Моуки). Вёл ещё несколько войн с Шу и Ву\У, которые в целом не изменили расстановки сил в Китае.
Был выдающимся мыслителем, поэтом, стратегом, правителем. Снискал любовь и преданность своих подчинённых. До конца своих дней номинально признавал главенство императора. После смерти Цао Цао, его сын Цао Пи\Цао Пэй сверг император и основал новую династию.
Умер своей смертью.

Какука Хоко – Го Цзя.
Гениальный стратег Цао Цао. Способствовал победе над Юань Шао и покорению Северного Китая, во время последнего заболел и умер.

Цао Цао не застал в живых Го Цзя - он скончался за несколько дней до его возвращения. Гроб с телом Го Цзя был установлен в ямыне, и Цао Цао отправился туда совершить жертвоприношение.

- Умер Го Цзя! - причитал Цао Цао. - В расцвете лет он покинул меня! На чьи советы теперь буду я полагаться в своих деяниях? Сердце мое разрывается от горя!

После поражения при Чиби, Цао Цао сказал следующие слова:

- Я скорблю о Го Цзя! О, будь он жив, он не допустил бы, чтобы со мной стряслась такая беда! - Цао Цао ударил себя в грудь и громко зарыдал. - Как я скорблю о тебе, Го Цзя!.. Как я страдаю!.. Как я горюю по тебе, Го Цзя!..

Сибая Тютацу – Сыма И.

Гениальный стратег. Знаменит своим противостоянием с Чжугэ Ляном. Чжугэ Лян превосходил Сыма И. Однако Сыма был достойным противником и сумел помешать Чжугэ Ляну победить Вэй. Конечно, на руку Сыме были и внутренние неурядицы в царстве Шу.
Преданно служил сыну и внуку Цао Цао, которые были сильными личностями. На смертном одре Цао Жуй (внук Цао Цао) призвал Сыму И к себе:

Цао Жуй позвал к своему ложу наследника Цао Фана, полководца Цао Шуана, ши-чжунов Лю Фана и Сунь Цзы. Взяв Сыма И за руку, государь сказал:
– Перед своей кончиной Лю Бэй оставил наследника на попечение Чжугэ Ляна, и Чжугэ Лян до конца дней своих верно служил ему. Но если так было в малом княжестве, то как же должно быть в великом царстве! Нашему сыну Цао Фану всего лишь восемь лет, он не может еще держать власть в своих руках, и потому мы были бы счастливы, если б тай-вэй Сыма И и наши старые сподвижники верно служили ему.
Затем он подозвал наследника и произнес:
– Мы и Сыма И – одно целое. Уважай его!
Государь приказал Сыма И подвести Цао Фана поближе. Цао Фан обнял Сыма И за шею и больше его не отпускал.
– Тай-вэй, не забывайте о том чувстве привязанности, которое сегодня проявил к вам наш сын! – промолвил Цао Жуй и зарыдал.
Сыма И тоже плакал, опустив голову. Цао Жуй впал в забытье и ничего больше не смог произнести, он лишь указывал рукой на наследника.

После смерти Цао Жуя разразилась внутриполитическая борьба между Сыма И и Цао Шуаном за влияние в государстве. Сыма победил.

Осенью, в восьмом месяце третьего года периода Цзя-пин [251 г.], Сыма И тяжело заболел. Чувствуя приближение смерти, он вызвал к своему ложу сыновей и сказал:
– Дети мои, долгое время служил я царству Вэй и получил высокое звание тай-фу. Многие утверждали, что у меня есть какие-то честолюбивые устремления, и молва эта страшила меня. В последний мой час наказываю вам честно служить государству. Но будьте осторожны! Очень осторожны!

Его дети начали менять императоров. А внук, Сыма Янь, окончательно сверг потомков Цао Цао и основал новую династию.

Каку Бунва – Цзя Сюй.
Находился на службе у Дун Чжо. После убийства Дун Чжо он отговорил его генералов от побега и призвал к активным действиям против Лу Бу:

- Если вы покинете войско и уйдете, - сказал советник Цзя Сюй, - то любой чиновник сможет заточить вас в тюрьму. Лучше соберите свои войска, призовите на помощь всех жителей Шэньси и нападите на Чанань, чтобы отомстить за Дун Чжо. В случае удачи вы захватите трон и будете управлять Поднебесной. А бежать никогда не поздно.

Помог генералам одолеть Ма Тэна (отца Ма Чао).
Затем помогал императору бежать от генералов Дун Чжо.
Служил Чжан Сю и придумал план нападения на Цао Цао, во время которого погиб Дянь Вэй и старший сын Цао Цао. Ещё несколько раз отличился в войне с Цао Цао.
Во время войны Цао Цао и Юань Шао сподвиг Чжан Сю присоединиться к Цао Цао:

В службе Цао Цао есть три преимущества, – продолжал Цзя Сюй. – Он получил повеление Сына неба навести порядок в Поднебесной – это во-первых. Юань Шао, конечно, силен, и наша ничтожная помощь не заставит его уважать нас, а Цао Цао хоть и слаб, но, заручившись нашей поддержкой, будет доволен – это во-вторых. Кроме того, Цао Цао намерен стать главой пяти могущественных князей, ради чего он, безусловно, забудет о личной вражде и пожелает показать миру свое великодушие – это в-третьих. Во всем этом можете не сомневаться.

Помог Цао Цао победить Ма Чао. Повлиял на Цао Цао при выборе наследника. Организовал отречение императора в пользу Цао Пи.
Умер своей смертью.

Какутон - Сяхоу Дунь.

Двоюродный брат Цао Цао. Присоединился к Цао Цао, когда тот поднимал людей на борьбу против Дун Чжо:

Был там и Сяхоу Дунь, родом из княжества Пэй, потомок Сяхоу Ина. С малых лет он ловко владел копьем, и четырнадцатилетним юношей отдан был учителю изучать ратное дело. Случилось, что некий человек неуважительно отозвался о его учителе. Сяхоу Дунь этого человека убил и сам бежал. Когда до него дошла весть, что Цао Цао собирает войско, Сяхоу Дунь пришел к нему вместе с братом Сяхоу Юанем. У каждого из них было по тысяче отборных воинов. Можно сказать, они были братьями Цао Цао, так как отец его Цао Сун был из рода Сяхоу и только усыновлен семьей Цао.

Спас Цао Цао после того, как тот был разбит при попытке преследовать войска Дун Чжо. Именно Сяхоу Дунь привёл к Цао Цао Дянь Вэя. В одном из боёв потерял глаз:

Сяхоу Дунь, командовавший передовыми частями, встретился с войском противника и вступил с Гао Шунем в единоборство. Гао Шунь дрался долго и упорно, но устоять не смог и бежал. Сяхоу Дунь преследовал его по пятам. Тогда Цао Син, находившийся в строю, украдкой выстрелил из лука и попал Сяхоу Дуню в левый глаз. Сяхоу Дунь взревел от боли и выдернул стрелу, а вместе с нею и глаз. «Отцовская плоть, материнская кровь – бросить нельзя», – подумал он и проглотил глаз.

Участвовал в окружении и блокировании Гуань Юя, в результате которого Гуань согласился временно служить Цао Цао.
Сражался с Гуань Юем во время его ухода от Цао Цао. Бой был остановлен прибывшим Чжан Ляо, который привёз приказ Цао Цао пропустить Юя.
Однажды Чжугэ Лян заманил притворными отступлениями войска Дуна в теснины и предпринял огневую атаку, уничтожив почти всю армию.
Неоднократно спасал жизнь Цао Цао.
Умер своей смертью.

Какоен Миосай - Сяхоу Юань.

Брат Сяхоу Дуна. Учавствовал в спасении Цао Цао из горящего Пуяна. Спас брата после того как тот потерял глаз и проиграл войскам Лу Бу. Участвовал в победе над армией Ма Чао и его преследовании. Участвовал в завоевании Ханьчжуна, во время которого однажды чуть не был казнён за поражение, но в дальнейшем исправился, внеся весомый вклад в победу.
Погиб от руки Хуан Чжуна (Кётё Кансё, монах из Сейто).

Тэни - Дянь Вэй.

Отличался невероятной физической силой и храбростью. Был телохранителем Цао Цао. Так в книге описывается их знакомство:

По храбрости не сыскать ему равного. В прошлое время он служил у Чжан Мо, но поссорился с его приближенными, перебил несколько десятков человек и скрылся в горы. Я встретился с Дянь Вэем на охоте, когда он, преследуя тигра, перескакивал через поток. За силу и ловкость я взял его в свое войско, а ныне представляю его вам.
– Да я по одной наружности вижу, что это храбрец! – восхищался Цао Цао.
А Сяхоу Дунь продолжал:
– Как-то, мстя за друга, он убил человека и с его отрубленной головой вышел на базар. Никто из многих сотен людей, бывших там, не решался к нему приблизиться! Дянь Вэй подобно ветру может мчаться на коне, вооруженный двумя железными копьями по восемьдесят цзиней весом каждое.
Цао Цао повелел испытать умение Дянь Вэя. Схватив копье и вскочив на коня, он поскакал галопом. Вдруг Дянь Вэй увидел, что налетевший ветер опрокидывает большое знамя у шатра и воины не в силах удержать его. Дянь Вэй мгновенно соскочил с коня, громким возгласом отогнал людей и, одной рукой водрузив знамя, встал возле него неподвижный, как гора.
– Это древний У Лай! – воскликнул Цао Цао.
Оставив Дянь Вэя при себе, Цао Цао в награду подарил ему парчовую одежду и быстрого коня под резным седлом.

Спас Цао Цао в горящем Пуяне, неоднократно обыскав город прежде чем отыскал хозяина:

Цао Цао устремился к восточным воротам и тут встретился с Дянь Вэем. Охраняя Цао Цао, Дянь Вэй прокладывал ему кровавый путь. Так они пробрались к воротам, но пламя бушевало здесь вовсю. Со стены подбрасывали хворост и солому. Все вокруг было охвачено огнем. Дянь Вэй расчищал путь алебардой и прорывался сквозь огонь и дым. Когда Цао Цао следом за ним проезжал через ворота, со стены на него обрушилась горящая балка и ударила по крупу коня. Конь упал. Цао Цао опалило волосы и руки. Дань Вэй бросился к нему на помощь. Тут же подоспел Сяхоу Юань. Они помогли Цао Цао встать и выбраться из огня. Цао Цао сел на коня Сяхоу Юаня. И они бежали по дороге, которую прокладывал оружием Дянь Вэй.

Помог Цао Цао завербовать Сюй Чу.
Погиб, защищая сюзерена:

В это время войско Чжан Сю подошло к воротам того лагеря, где находился Цао Цао. Грохот гонгов и барабанов разбудил Дянь Вэя, он вскочил, но не нашел своей алебарды и выхватил у какого-то воина меч. Конные и пешие латники с длинными копьями наперевес ворвались в лагерь. Дянь Вэй отважно бросился вперед и зарубил более двадцати всадников. Конных воинов сменили пешие. Со всех сторон, как заросли тростника, поднялись копья. Дянь Вэй был без лат, и ему нанесли много ран. Он сражался отчаянно до тех пор, пока у него не сломался меч. Тогда он поднял правой и левой рукой двух врагов и бросился с ними на осаждающих его. Так он убил еще восемь-девять латников. Другие не смели приблизиться и только издали осыпали его стрелами. Дянь Вэй упорно защищался, но враг уже ворвался в лагерь с другой стороны. Копье вонзилось в спину Дянь Вэя. Он несколько раз громко вскрикнул, на землю хлынула кровь, и он испустил дух. Но еще долгое время никто не осмеливался войти в передние ворота.
Пока Дянь Вэй удерживал врага, Цао Цао на коне бежал из лагеря через задние ворота.

После гибели Дянь Вэя Цао Цао сказал следующее:

Я потерял старшего сына и любимого племянника, но не скорблю о них так, как о Дянь Вэе!

Кётё Тюко - Сюй Чу.

Выделялся своим внушительным телосложенем. Был невероятно храбр и силён. Как-то Дянь Вэй наткнулся на его жилище, завязалась дуэль, но ни один из них не взял верха. Цао Цао захотел заполучить этого великана:

Великан, подхлестнув коня, кинулся ему навстречу. После двух-трех схваток Дянь Вэй снова обратился в бегство. Великан и еще несколько человек погнались за ним, но провалились в яму. Всех их связали и привели к Цао Цао. Цао Цао собственноручно развязал на пленнике путы, усадил его и спросил, откуда он родом и как его звать.
– Я из уезда Цзяосянь, что в княжестве Цзяо, и зовут меня Сюй Чу, – отвечал ему великан. – Когда поднялся мятеж, я собрал всех своих родственников – несколько сот человек, мы построили крепость и обороняемся там.
– Я давно слышал ваше славное имя, – сказал Цао Цао. – Не согласитесь ли вы пойти ко мне на службу?
– Это мое давнее желание, – отвечал Сюй Чу.

Некоторое время сражался на равных с Лу Бу, пока Цао Цао не послал на помощь ещё несколько генералов и Лу Бу не отступил. Сражался на равных с Сюй Хуаном, который ещё не служил Цао Цао.
На равных сражался с Чжао Юнем (Тёун).
Спас Цао Цао от Ма Чао:

– Я знаю, что у Цао Цао есть отряд телохранителей, называют его отрядом Тигров, – ответил Хань Суй. – Прежде ими командовали военачальники Дянь Вэй и Сюй Чу. Но Дянь Вэй погиб и, должно быть, Сюй Чу спас Цао Цао. Да, этот человек обладает необычайной силой! Если тебе придется встретиться с ним, смотри не вступай в поединок! Ведь недаром прозвали его Ху-чи – Бешеный тигр.

Очень долго бился с Ма Чао, но дуэль не выявила победителя.
Будучи в изрядном подпитии был бит Чжан Фэем. :)
Служил сыну Цао Цао.
Умер вроде своей смертью.
Традиционно его показывают простаком.

Тёрю Бунен - Чжан Ляо.

Великий воин и генерал. Первоначально служил Лу Бу.
Между Чжан Ляо и Гуань Юем было сильное взаимоуважение и даже дружба. Пара фраз Гуань Юя:

– Вы – воплощение справедливости, а не пороков, почему же вы расточаете силы ради мятежников?

– Почему же не преследовать Чжан Ляо? – изумился Чжан Фэй. – Ведь он отступает с перепугу!
– Как воин он не ниже нас с тобой, – продолжал настаивать Гуань Юй. – Но я взволновал его правдивыми словами, он раскаялся и не хочет с нами воевать.

После казни Лу Бу перешёл на службу к Цао Цао:

Когда стража привела Чжан Ляо, Цао Цао, указывая на него, промолвил:
– А это лицо мне знакомо!
– Как же его не знать? Встречались в Пуяне.
– Так ты тоже об этом помнишь?
– И очень сожалею.
– О чем же?
– О том, что огонь тогда был не достаточно силен, чтобы сжечь тебя, разбойника! – выпалил Чжан Ляо.
– Ах ты, битый вояка! Как ты смеешь меня оскорблять! – задыхаясь от гнева, крикнул Цао Цао и обнажил меч.
Чжан Ляо не проявил никаких признаков страха и сам подставил шею для удара. Но вдруг один из тех, кто стоял за спиной Цао Цао, поспешно удержал его руку, а другой упал перед ним на колени.
– О чэн-сян, умоляю вас, не подымайте руку!
Лю Бэй удержал его руку, а Гуань Юй пал перед ним на колени.
– Это человек с открытой душой, его надо пощадить, – сказал Лю Бэй.
– Я знаю Чжан Ляо как честного и справедливого человека, – повторил Гуань Юй, – своей жизнью ручаюсь за него!
– Я тоже знаю его таким, я только пошутил над ним!
Цао Цао отбросил меч. Он дал пленнику новое платье и усадил на почетное место. Чжан Ляо был тронут и заявил, что покоряется. Цао Цао пожаловал ему высокое звание.

Уговорил Гуань Юя временно перейти на службу к Цао Цао:

– Если вы погибнете, будете виноваты втройне!
– В чем?
– Лю Бэй, вступая с вами в союз, поклялся жить и умереть вместе с назваными братьями. Он только что потерпел поражение, а вы вступаете в смертельную схватку. Возможно, Лю Бэй жив, и ему еще потребуется ваша помощь, а вы ее не сможете оказать! Вот вам первое нарушение клятвы. Затем Лю Бэй поручил вам охранять свою семью. Погибнете вы, и обе его жены останутся беззащитными. Отступление от долга, возложенного на вас старшим братом, – вторая вина. И, наконец, вы обладаете необыкновенными военными способностями, которые достойны войти в историю. Вы же отказываетесь спасти Ханьский дом и предпочитаете броситься в кипяток или прыгнуть в огонь – такое деяние недостойно благородного мужа! В этом ваша третья вина.
Гуань Юй погрузился в размышления.
– Чего же вы хотите от меня? – проговорил он.
– Вы окружены войсками Цао Цао, – сказал Чжан Ляо. – В бессмысленной смерти нет никакой пользы. Послушайтесь меня, сдавайтесь Цао Цао, а потом уйдете, когда узнаете, где Лю Бэй. Вы спасете жизнь двум женщинам, не нарушите клятву, данную в Персиковом саду, и сохраните свою жизнь, которая еще принесет пользу. Вот об этих трех выгодах вам и следует подумать.

Помог Цао Цао сбежать при Чиби.
Успешно командовал обороной Хэфэя от Ву. На равных сражался с Тайши Цы.
Во время очередной войны с Ву Чжан Лян, спасая Цао Пи, был ранен стрелой. В скором времени умер от раны.

Дзёко Комей - Сюй Хуан\Ксу Хуанг.

Генерал Вэй. Выделялся своими бойцовскими качествами. Ещё до того как стал служить Цао Цао помогал императору бежать от генералов Дун Чжо.
Исполняя волю хозяев пытался помешать Цао Цао увезти императора.

Император не решался возражать. Сановники, боясь силы Цао Цао, молчали; так был назначен день переезда.
Охрану в пути нес Цао Цао. Придворные следовали за императором. Но не проехали они и нескольких ли, как все услышали громкие крики, доносившиеся из-за высокого холма. Войска Ян Фына и Хань Сяня преградили им путь, впереди войск выступал Сюй Хуан.
- Цао Цао, куда ты увозишь высочайшего? - закричал он.
Величественный вид Сюй Хуана восхитил Цао Цао, и он приказал Сюй Чу сразиться с ним. Меч скрестился с секирой. Более пятидесяти раз сходились всадники в бою, но не могли одолеть друг друга. Цао Цао ударил в гонг и отозвал своих воинов. Затем он позвал советников и заявил:
- О Ян Фыне и Хань Сяне говорить не стоит, а вот Сюй Хуан поистине великолепный воин. Я не хочу применять против него силу. Надо попытаться привлечь его на нашу сторону.

За дело взялся Мань Чун:

Сюй Хуан пригласил Мань Чуна сесть и поинтересовался, что привело его к нему в лагерь.
- В мире мало людей, равных тебе по храбрости, - сказал Мань Чун. - Что же заставляет тебя служить Ян Фыну и Хань Сяню? Цао Цао - самый выдающийся человек нашего времени. Всей Поднебесной известно, что он очень любит мудрых людей и высоко чтит воинов. Ныне Цао Цао, восхищенный твоей храбростью, запретил вступать с тобой в единоборство. Он послал меня уговорить тебя присоединиться к его войску. Почему бы тебе не покинуть тьму и не перейти к свету? Ты будешь вместе с Цао Цао вершить великие дела!
Сюй Хуан погрузился в длительное раздумье, а затем промолвил со вздохом:
- Я знаю, что удача не сопутствует моим хозяевам, но я очень долго служил им и потому не в состоянии покинуть.
- Разве тебе не известно, что умная птица сама выбирает дерево, на котором вьет гнездо, а умный слуга выбирает себе господина, которому служит? Тот, кто упускает благородного господина, не может считаться достойным мужем.
- Я последую твоему совету, - сказал Сюй Хуан, подымаясь и благодаря его.
- Вот если бы ты убил Ян Фына и Хань Сяня, прежде чем уйти, это было бы твоим подношением императору перед торжественной встречей с ним, - намекнул Мань Чун.
- Слуга, убивающий своего господина, совершает величайшую подлость, - ответил Сюй Хуан. - Я не могу решиться на это.
- Поистине ты справедливый человек, - признал Мань Чун.

Прикрывал отступление Цао Цао при Чиби.
Имел задатки полководца. Его армия была разбита Ма Чао из-за того, что второй генерал ослушался Сюй Хуана.
Принимал активное участие в победе над Гуань Юем, завершившейся пленением Юя.
Спас раненого стрелой Чжан Ляо.
При подавлении восстания Мын Да (который хотел переметнуться на сторону Шу) был ранен стрелой в голову. Скончался от раны.

Содзин Сико (девушка в шапочке) - Цао Жэнь\Цао Рен.

Двоюродный брат Цао Цао. Отметился в основном как полководец, хоть и не особо успешный. Был неоднократно побеждён.
Успешно командовал обороной Фаньчэна от Гуань Юя. В результате Гуань Юй был ранен отравленой стрелой, что в дальнейшем повлияло на его боеспособность и пленение.
Умер вроде своей смертью.

Тёку Сингай - Чжан Го\Чжан Хе.

Служил Юань Шао. Во время войны между своим хозяином и Цао Цао сражался с Чжан Ляо:

По приказу Цао Цао, Чжан Ляо выехал на поединок с Чжан Го. До пятидесяти раз сходились воины, но ни один из них не добился победы.

Его оклеветали во время битвы при Гуанду и спасаясь от казни Чжан Го перешёл к Цао Цао.
Был талантливым военначальником. Нередко терпел поражения, но в основном из-за того, что генералы, командовавшие вместе с ним, не слушали его советов.
Во время отступления Лю Бэя на юг участвовал в дуэли с Чжао Юнем и был обращён в бегство.
Однажды заманил Чжао Юня в яму, но тот выбрался и сумел отступить.
Чжугэ Лян о Чжан Го:

Чжугэ Лян с горы видел, как бился Чжан Го, и, обратившись к своим приближенным, промолвил:
– Мне приходилось слышать, что когда Чжан Фэй дрался с Чжан Го, все дрожали от страха! Теперь я сам убедился в необыкновенной храбрости этого человека! Он очень опасен для царства Шу.

Вместе с Сыма И отбивал нападения Чжугэ Ляна на Вэй. Разбил Ма Шу (Басёку), который был казнён за это поражение. Попал в одной из войн в засаду и был сражён стрелой.

Просьба здесь ничего не писать. По крайней мере пока я закончу описание.

Добавлено (01 Апр 10, 17:27)
---------------------------------------------
Сейто - царство Шу.

Рюби Гентоку – Лю Бэй.

Согласно роману происходил из побочной ветви императорского дома. Во время начала восстания Жёлтых повязок познакомился с Чжан Фэем и Гуань Юем:

К тому времени, когда Лю Янь призвал желающих вступить в войска, Лю Бэю было двадцать восемь лет. Он горестно вздохнул, прочитав воззвание. Стоявший позади человек громоподобным голосом насмешливо спросил:
– Почему так вздыхает сей великий муж. Ведь силы свои он государству не отдает…
Лю Бэй оглянулся. Перед ним стоял мужчина могучего сложения, с большой головой, круглыми глазами, короткой и толстой шеей и ощетиненными, как у тигра, усами. Голос его звучал подобно раскатам грома. Необычайный вид незнакомца заинтересовал Лю Бэя.
– Кто вы такой? – спросил он.
– Меня зовут Чжан Фэй, – ответил незнакомец. – Наш род извечно живет в Чжосяне, у нас тут усадьба и поле; мы режем скот, торгуем вином и дружим с героями Поднебесной. Ваш горестный вздох заставил меня обратиться к вам с таким вопросом.
– А я потомок князей Ханьской династии, имя мое Лю Бэй. Вздохнул я потому, что у меня не хватает сил расправиться с повстанцами, да и средств нет.
– Ну, средств у меня хватит! – сказал Чжан Фэй. – А что, если мы с вами соберем деревенских молодцов и подымем их на великое дело?
Эта мысль пришлась Лю Бэю по сердцу. Они вместе отправились в харчевню выпить вина. Когда они сидели за столом, какой-то рослый детина подкатил к воротам груженую тележку и, немного отдышавшись, вошел и крикнул слуге:
– Эй, вина мне и закусить! Да поживей поворачивайся – я тороплюсь в город, хочу вступить в армию!..
Длинные усы, смуглое лицо, шелковистые брови и величественная осанка пришельца привлекли внимание Лю Бэя. Лю Бэй пригласил его сесть и спросил, кто он такой и откуда родом.
– Зовут меня Гуань Юй, а родом я из Цзеляна, что к востоку от реки Хуанхэ, – ответил тот. – Там я убил кровопийцу, который, опираясь на власть имущих, притеснял народ. Пришлось оттуда бежать. Пять-шесть лет скитался я по рекам и озерам и вот теперь, прослышав, что здесь набирают войско, явился на призыв.
Лю Бэй рассказал ему о своем плане. Это очень обрадовало Гуань Юя, и они вместе отправились к Чжан Фэю, чтобы обсудить великое начинание.
– У меня за домом персиковый сад, – сказал Чжан Фэй. – Сейчас он в полном цвету, и как раз время принести жертвы земле и небу. Завтра мы это сделаем, Соединим свои сердца и силы в братском союзе и тогда сможем вершить великие дела.
– Вот это прекрасно! – в один голос воскликнули Лю Бэй и Гуань Юй.
На следующий день, приготовив черного быка и белую лошадь и всю необходимую для жертвоприношения утварь, они воскурили в цветущем саду благовония и, дважды поклонившись, произнесли клятву:
– Мы, Лю Бэй, Гуань Юй и Чжан Фэй, хотя и не одного рода, но клянемся быть братьями, дабы, соединив свои сердца и свои силы, помогать друг другу в трудностях и поддерживать друг друга в опасностях, послужить государству и принести мир простому народу. Мы не будем считаться с тем, что родились не в один и тот же год, не в один и тот же месяц, не в один и тот же день, – мы желаем лишь в один и тот же год, в один и тот же месяц, в один и тот же день вместе умереть. Царь Небо и царица Земля, будьте свидетелями нашей клятвы, и если один из нас изменит своему долгу, пусть небо и люди покарают его!
Дав это торжественное обещание, они признали Лю Бэя старшим братом, Гуань Юя – средним братом и Чжан Фэя – младшим братом.

Собрав людей, им удалось добыть снаряжение:

Лю Бэй пригласил купцов к себе, угостил вином и рассказал о своем намерении разгромить мятежников и дать мир народу. Гости этому очень обрадовались и подарили Лю Бэю пятьдесят лучших коней, пятьсот лянов золота и серебра и тысячу цзиней железа для изготовления оружия.
Поблагодарив гостей и распрощавшись с ними, Лю Бэй приказал лучшему мастеру выковать обоюдоострый меч. Гуань Юй сделал себе меч Черного дракона, кривой, как лунный серп, весивший восемьдесят два цзиня. Чжан Фэй изготовил себе копье длиною в два человеческих роста. Все они с ног до головы облачились в броню.

Отличился при подавлении восстания Жёлтых Повязок.
Гунсунь Цзань, друг Лю Бэя, откликнулся на призыв Цао Цао выступить против Дун Чжо. По дороге он встретил Лю Бэя, который был рад помочь в этом благородном деле и присоединился к походу на столицу.
Вместе со своими братьями обратил Лу Бу в бегство на перевале Хулао.
После этого немало поскитался по Китаю, воюя, заключая союзы, поступая на службу, побеждая и терпя поражения, до тех пор, пока не встретил Чжугэ Ляна и не сумел заручиться его помощью, трижды посещая стратега. В союзе с царством Ву выигрывает сражения при Чиби и благодаря Чжугэ Ляну, получает все плоды этой победы. Затем, исполняя план Чжугэ Ляна, захватывает Юго-Запад Китая (Сычуань), несмотря на то, что там правил его дальний родственник из императорского дома.
Был женат на сестре Сунь Цюаня.
После убийства Гуань Юя отправляется отомстить за брата, несмотря на советы Чжугэ Ляна и Чжао Юна, но его армия была сожжена, а Лю Бэй вынужден вернуться в Сычуань. Где умирает от горя, оставляя своего сына на попечение Чжугэ Ляну.
Выделялся своей гуманностью и способностью притягивать людей. Когда он отступал от армии Цао Цао из Фаньчэна, вместе с ним отправилось почти всё население области.

Комей - Чжугэ Лян.

Гениальный стратег. Просчитывал развитие событий на много ходов вперёд.
Жил спокойной жизнью, готовя себя к великим свершениям. Поступил на службу к Лю Бэю. Придумал план трёх царств, заключающийся в том, что в Китае установится баланс сил.
Неоднокртано его планы приводили к победам, в том числе и в битве при Чиби.
Захватил земли южнее царства Шу, семь раз беря в плен местного царька Мын Хо.
Совершил 6 походов на царство Вэй, которые успехом не увенчались, несмотря на победы Чжугэ Ляна. Заболел и умер в последнем походе. Предвидел восстание Вэй Яня после своей смерти и составил план по его подавлению, который был успешно осуществлён.
Изобрёл пельмени (а точнее их аналог). =)
Вот тут я выкладывал целую кучу стратагем(поучительных историй) о Чжугэ Ляне:
ссылка

Кану Унтё - Гуань Юй.

Великий полководец и воин. Выделялся не только умением сражаться, но и командовать.
Успешно действовал во время подавления восстания Жёлтых повязок.
Участвовал вместе с братьями в бою с Лу Бу на перевале Хулао.
На некоторое время был разлучён с Лю Бэем и Чжан Фэем. Согласился до поры, до времени служить Цао Цао:

На ваши три довода у меня есть три условия, – сказал Гуань Юй. – Если чэн-сян их примет, я снимаю латы, если нет – я беру все три вины на себя.
– Чэн-сян щедр и великодушен, – заверил Чжан Ляо, – он согласится на все. Я хотел бы знать ваши условия.
– Во-первых, мы с Лю Бэем поклялись поддерживать Ханьский дом, и потому я покоряюсь ханьскому императору, а не Цао Цао. Во-вторых, прошу снабдить жен моего старшего брата деньгами и продовольствием и распорядиться, чтобы ни высокопоставленные лица, ни люди низкого происхождения не смели приближаться к их дверям. И в-третьих, мне должны разрешить уйти к Лю Бэю, как только я узнаю, где он, будь то хоть в десяти тысячах ли отсюда. Если одно из трех этих условий не будет принято, я не сдаюсь.

Находясь на службе у Цао Цао, участвовал войне с Юань Шао, одолев Янь Ляна и Вэнь Чоу(Ганрю и Бунсю, 2 быка которых побила Рёмо на турнире).
Узнав, где находится Лю Бэй, покинул Цао Цао, убив по пути 6 вэйских военначальников на пяти заставах.
Во время битвы при Чиби, должен был препятствовать отступлению Цао Цао. Но вспомнив былую доброту Цао, пропустил его.
Сражался на равных с Хуан Чжуном.
Был одним из пяти генералов-тигров Шу.
В результате совместных действий Вэй и Ву был взят в плен и казнён вместе со своим приёмным сыном Гуань Пином. Его дух отомстил за это Лю Мыну. Однажды дух появился во время сражения для того, чтобы помочь своему сыну.

Экитоку - Чжан Фэй.

Поначалу выделялся лишь своим умением сражаться. Но в дальнейшем стал проявлять и задатки полководца.
Участвовал в подавлении восстания Желтых Повязок и войне против Дун Чжо. Бился вместе с братьями с Лу Бу.
Известен своим пристрастием к алкоголю.
Отправляясь на войну с Юань Шу, Лю Бэй оставил Чжан Фэя управлять Сючжоу:

– Тебе не справиться, – возразил Лю Бэй. – После первой же попойки ты рассвирепеешь и ввяжешься в драку, это во-первых. А во-вторых, ты будешь поступать легкомысленно, не станешь слушать дельных советов других, и я буду в постоянной тревоге.
– Отныне я не возьму в рот ни капли вина, не ударю ни одного воина, – клялся Чжан Фэй, – и всегда буду следовать мудрым советам.

В итоге Чжан Фэй таки напился, и Лу Бу, воспользовавшись этим, захватил город.
Был очень вспыльчив и во многом из-за него началась война между Лу Бу и Лю Бэем.
Отличился при отступлении Лю Бэя от армии Цао Цао на Чанфаньском мосту:

-Чжан Фэй, помоги мне! - крикнул Чжао Юнь, заметив Чжан Фэя, стоявшего на мосту и готового к бою.
- Хорошо! Уезжай отсюда быстрей, с преследователями расправлюсь я сам!
Преследуя Чжао Юня, Вэнь Пин достиг Чанфаньского моста. Там с копьем стоял Чжан Фэй. Глаза его пылали гневом, усы ощетинились, как у тигра. К тому же за рощей, к востоку от моста, Вэнь Пин заметил облако пыли. Боясь попасть в засаду, он остановился.
Вскоре подоспели Цао Жэнь, Ли Дянь, Сяхоу Дунь, Сяхоу Юань, Ио Цзинь, Чжан Ляо, Чжан Го и Сюй Чу. Грозный вид Чжан Фэя испугал и их. Опасаясь какой-либо хитрости со стороны Чжугэ Ляна, они тоже остановились в нерешительности. Построившись в линию к западу от моста, они отправили гонца к Цао Цао. Тот лично приехал посмотреть, что здесь происходит.
Чжан Фэй, все еще неподвижно стоявший на мосту, заметил в задних рядах войск противника темный шелковый зонт, бунчуки и секиры, знамена и флаги и, решив, что это явился сам Цао Цао, зычным голосом крикнул:
- Эй! Кто там хочет насмерть драться со мной? Я - Чжан Фэй из удела Янь!
Голос Чжан Фэя напоминал раскаты грома, и у воинов Цао Цао от страха задрожали поджилки. Цао Цао поспешно велел убрать зонт.
- Я слышал от Гуань Юя, - сказал Цао Цао своим приближенным, - что Чжан Фэй может на глазах многотысячной армии противника снять голову полководцу так же легко, как вынуть что-нибудь из своего кармана! Надо с ним быть поосторожнее!
- Чжан Фэй из удела Янь здесь! - снова донесся голос Чжан Фэя. - Кто посмеет сразиться со мной?
Цао Цао совсем пал духом, и у него появилось желание поскорее убраться восвояси. От зоркого взгляда Чжан Фэя не укрылось движение в задних рядах противника.
- Ну, что вы там возитесь? - крикнул он, потрясая копьем. - Драться не деретесь, уходить не уходите!
Голос Чжан Фэя был так грозен, что стоявший рядом с Цао Цао Сяхоу Цзе от страха замертво свалился с коня. Цао Цао бросился без оглядки, а вслед за ним бежало и все его войско. Поистине, как желторотый птенец, испугавшийся удара грома, или как беззащитный дровосек, услышавший вблизи рев тигра, неслись воины Цао Цао неудержимым потоком, топча и сминая друг друга. Многие из них побросали копья и шлемы.
Потомки воспели Чжан Фэя в стихах:

Опершись на копье, стоит он решимости полон
На Чанфаньском мосту и взор вперед устремил.
Мощный голос его подобен великому грому.
Миллионное войско он в бегство один обратил.

Чжан Фэй видел, как противник обратился в бегство. По его приказанию, воины сняли ветви с хвостов коней и вышли из рощи. Они перерубили балки моста, чтобы затруднить переправу врагу, и отправились к Лю Бэю, которому Чжан Фэй передал эту историю со всеми подробностями.

Участвовал в завоевании Юго-Западного Китая. Сражался на равных с Ма Чао.
Был одним из пяти генералов-тигров Шу.
После гибели Гуань Юя требовал отомстить. Во время похода много пил и бил своих подчинённых, за что был несколькими из них убит.




Сообщение отредактировал Аттила - Пятница, 02 Апр 10, 17:24
 
Sonsaku_HakufuДата: Четверг, 01 Апр 10, 17:40 | Сообщение # 2
Повелитель дракона

Дополнительные данные
Quote (Аттила)
Экитоку - Чжан Фэй.

зачОтный Илья Муромец

Внезапно полчища нек заполонили земную твердь.И если одна муркнет"ня"-миллионы ответят"смерть!".


Сообщение отредактировал Sonsaku_Hakufu - Четверг, 01 Апр 10, 17:40
 
АттилаДата: Четверг, 01 Апр 10, 17:53 | Сообщение # 3
Летающий генерал

Дополнительные данные
Тёун Сирю - Чжао Юнь.

Великий воин и полководец. Поначалу служил Юань Шао, но перешёл на сторону Гунсунь Цзаня, при этом спас жизнь своего нового хозяина:

Юный воин был ростом в восемь чи, с большими глазами, густыми бровями, широким лбом и тяжелым подбородком. Осанка его была величественной. Не менее шестидесяти раз жестоко схватывался он с Вэнь Чоу, но ни тот, ни другой не добились успеха. Тут подоспела армия Гунсунь Цзаня, и Вэнь Чоу бежал. Юноша не стал его преследовать.
Гунсунь Цзань спустился с горы и спросил у победителя его имя. Юноша поклонился и сказал:
– Родом я из Чаншаня, фамилия моя – Чжао, имя – Юнь. Сначала я служил у Юань Шао, но, заметив, что Юань Шао не честен по отношению к Сыну неба и не заботится о нуждах народа, я покинул его и направился к вам. Не ожидал я встретиться с вами здесь!

После гибели Гунсунь Цзаня перешёл на службу к Лю Бэю:

– Да это ведь Чжао Юнь! – воскликнул Лю Бэй, указывая на воина плетью.
Это был действительно он. Чжао Юнь соскочил с коня и распростерся ниц у края дороги. Лю Бэй и Гуань Юй сошли с коня, чтобы приветствовать его, и спросили, как он сюда попал.
– Расставаясь с вами, не думал я, что Гунсунь Цзань не будет прислушиваться к мудрым советам! – воскликнул Чжао Юнь. – Этим он довел свое войско до поражения и сам погиб в пламени. Меня неоднократно приглашал Юань Шао, но он тоже не умеет прислушиваться к добрым советам, и потому я стремился к вам в Сюйчжоу. Но Сюйчжоу пал, Гуань Юй покорился Цао Цао, вы ушли к Юань Шао. Гнев Юань Шао страшил меня, и я к нему не пошел. Я скитался по миру, не зная, где найти себе приют, и случайно в этих местах столкнулся с Пэй Юань-шао, который спустился с горы и хотел отнять у меня коня. Я его убил и собирался отправиться к Чжан Фэю в Гучэн. Недавно я узнал, что он там. Вот уж не ожидал, что встречу вас здесь!
– Рад видеть вас! – воскликнул Лю Бэй. – Еще после первой встречи я не хотел вас отпускать.
– А я еще никогда не видел человека подобного вам! – ответил Чжао Юнь. – Теперь пусть меня хоть изотрут в порошок – я не расстанусь с вами!

Спас сына Лю Бэя:

Тем временем Чжао Юнь до самого рассвета сражался с войсками Цао Цао. Потеряв Лю Бэя и его семью, которую ему было поручено охранять, Чжао Юнь думал:
"Мой господин поручил мне своих жен Гань и Ми и своего сына А-доу, а я их всех потерял. Какими же глазами мне теперь смотреть на него? Нет, уж лучше вступить в смертельную схватку, чего бы мне это ни стоило, а мать с ребенком я должен разыскать!"
Чжао Юнь оглянулся на своих людей, у него осталось всего лишь десятка три-четыре всадников. Несмотря на это, он подхлестнул своего коня и бросился на поиски.
Повсюду бродили толпы людей. Их крики и вопли потрясали небо. Многие, пораженные копьями и стрелами, лежали на земле. Чжао Юнь, заметив лежащего в густой траве человека, подъехал ближе и узнал Цзянь Юна.
- Вы видели жен Лю Бэя? - торопливо спросил его Чжао Юнь.
- Я видел, как они покинули коляски и бежали пешком, унося А-доу на руках, - сказал Цзянь Юн. - Я последовал за ними, но когда обогнул склон горы, на меня налетел какой-то воин, ранил копьем и забрал коня. Драться я больше не могу... вот так и лежу здесь.
Чжао Юнь отдал ему коня одного из своих воинов. Цзянь Юна посадили в седло, и он поехал догонять Лю Бэя, поддерживаемый с двух сторон воинами.
- Передайте господину, - крикнул ему вдогонку Чжао Юнь, - что я найду его жен, даже если бы мне для этого пришлось подняться на небо или спуститься под землю! Если же не найду, я умру в этой песчаной пустыне!
Подхлестнув коня, он поскакал по направлению к Чанфаньскому склону.
- Куда вы, полководец Чжао? - вдруг окликнул его кто-то.
- Ты кто такой? - обернувшись, спросил Чжао Юнь.
- Я - один из телохранителей Лю Бэя. Я сопровождал коляски его жен, но меня сразила стрела.
Чжао Юнь стал расспрашивать воина о госпоже Гань и о госпоже Ми. Воин отвечал, что видел, как госпожа Гань, босая, с непокрытой головой ушла на юг в толпе простых женщин.
Больше Чжао Юнь не слушал. Хлестнув коня, он помчался на юг. Вскоре он увидел толпу мужчин и женщин, которые шли, держась за руки.
- Эй, есть среди вас госпожа Гань?
Одна из женщин в заднем ряду оглянулась и, узнав Чжао Юня, громко вскрикнула. Чжао Юнь соскочил с коня и, воткнув копье в землю, поклонился:
- Простите меня, я виноват в том, что потерял вас из виду! Но не знаете ли вы, где госпожа Ми с ребенком?
- Не знаю. Мы сначала шли вместе, смешавшись с простым народом, коляски наши пришлось бросить. Потом на нас напал отряд врага. Госпожа Ми с А-доу куда-то скрылась, а я убежала...
Разговор прервался. В толпе раздались крики: снова появился какой-то отряд. Чжао Юнь вскочил на коня и взял копье наперевес.
Отряд приближался. Впереди на коне сидел связанный человек. Чжао Юнь узнал в нем Ми Чжу. Следом за ним с мечом с руке ехал военачальник, сопровождаемый тысячей воинов.
Это был Шуньюй Дао, один из подчиненных Цао Жэня. Ему удалось захватить в плен Ми Чжу, и он торопился сообщить о своем подвиге. С громовым возгласом Чжао Юнь бросился на Шуньюй Дао и в первой же схватке ударом копья сбил его с коня. Чжао Юнь освободил Ми Чжу и захватил двух коней. Он попросил госпожу Гань сесть на коня и, прокладывая дорогу, направился к Чанфаньскому склону. Здесь его встретил Чжан Фэй. Он верхом на коне стоял на мосту и, держа копье поперек седла, окликнул Чжао Юня:
- Эй, Чжао Юнь, почему ты изменил моему брату?
- Почему ты говоришь, что я изменил? - спросил в ответ Чжао Юнь. - Я никак не мог найти госпожу Ми с ребенком и потому отстал.
- Ладно, ладно, я пошутил! - засмеялся Чжан Фэй. - Цзянь Юн мне все рассказал, а то бы я так просто тебя не отпустил!
- Где сейчас наш господин?
- Недалеко, впереди...
- Ми Чжу, - сказал Чжао Юнь своему спутнику, - поезжайте с госпожой Гань вперед, а я буду искать госпожу Ми и молодого господина А-доу.
Чжао Юнь повернул коня и направился по прежней дороге. За ним последовало несколько десятков всадников. Вскоре Чжао Юнь встретил неприятельского воина с небольшим отрядом. Воин держал в руке копье, а за спиной у него был меч. Чжао Юнь молча устремился на противника и ударом копья свалил его с коня. Убитый воин оказался оруженосцем Цао Цао, и звали его Сяхоу Энь. Цао Цао взял его к себе в отряд за храбрость. Сяхоу Энь повел отряд грабить пленных, но неожиданно столкнулся с Чжао Юнем и погиб от удара его копья.
Внимание Чжао Юня привлек меч, висевший за спиной убитого. На его рукоятке, оправленной золотом, виднелись два иероглифа, означавшие: "Черное острие". Чжао Юнь понял, что это драгоценный меч.
Меч "Черное острие" был одним из двух мечей, которые очень ценил Цао Цао. Один из них, называвшийся "Опора неба", Цао Цао носил сам, а "Черное острие" отдал Сяхоу Эню. "Черное острие" рубил железо как глину.
Чжао Юнь подхватил меч, сунул его за пояс и, вскинув копье, снова бросился на окружающих его врагов. Он остался один, но и не подумал об отступлении. Вражеский отряд разбежался. Чжао Юнь продолжал поиски, бросаясь из стороны в сторону и расспрашивая встречных, не видели ли они госпожу Ми. Наконец один человек сказал Чжао Юню:
- Какая-то раненая женщина с мальчиком сидит вон там у стены, на земле. Она не может идти...
Чжао Юнь поспешил в указанном направлении. У опаленной огнем стены разрушенного дома, возле пересохшего колодца сидела госпожа Ми. Она держала на руках А-доу и плакала. Чжао Юнь соскочил с коня и низко ей поклонился.
- О, как я счастлива, теперь А-доу будет жив! - обрадовалась жена Лю Бэя, заметив Чжао Юня. - Сохраните жизнь ребенку ради его отца, который, как вихрь, кружит по белу свету. У него нет детей, кроме этого сына. Теперь я умру спокойно.
- Что вы, что вы, госпожа! - вскричал Чжао Юнь. - Не говорите так! Садитесь скорее на коня, я помогу вам выбраться из кольца врагов!
- Нет! Это невозможно: воину нельзя остаться без коня! - решительно возразила госпожа Ми. - Сохраните жизнь мальчику, а меня жалеть нечего - я ранена и умру здесь!
- Садитесь скорее на коня, преследователи близко! - настаивал Чжао Юнь.
- Не делайте двух ошибок! - воскликнула госпожа Ми. - Судьба этого мальчика в ваших руках, а я никуда не пойду!
Чжао Юнь пытался уговорить ее, но она не уступала. Со всех сторон снова послышались крики.
- Вы не хотите меня слушать! - закричал Чжао Юнь. - А что будет с вами, когда сюда придут враги?
Госпожа Ми ничего не ответила. Она положила А-доу на землю и одним прыжком бросилась в колодец. Так погибла эта мужественная женщина. Потомки воспели ее в стихах:

На силу коня своего в бою полагается воин,
Ведь в пешем строю нелегко спасти своего господина.
Она героиней слывет и матерью храброй в народе.
Земную покинула жизнь, но миру оставила сына.

Чжао Юнь, опасаясь, что воины Цао Цао обнаружат и ограбят труп, повалил глинобитную стену и прикрыл ею колодец. Потом он развязал шнуры, скрепляющие латы, снял пластину, прикрывающую сердце, положил А-доу к себе на грудь, схватил копье и вскочил на коня. Он заметил, что приближается отряд противника.
Во главе этого отряда был Янь Мин, один из помощников Цао Хуна, вооруженный трезубцем. Чжао Юнь схватился с противником и поразил его в третьей схватке. Путь был свободен.
Чжао Юнь двинулся дальше, но тут еще один отряд преградил ему дорогу. Впереди отряда развевалось знамя, на котором можно было различить надпись: "Чжан Го из Хэцзяня".
Не проронив ни слова, Чжао Юнь с копьем наперевес бросился в бой. Последовало около десяти схваток. Чжао Юнь решил больше не задерживаться и погнал своего коня во весь опор. Чжан Го преследовал его. Чжао Юнь нахлестывал коня, стараясь уйти от погони. Он больше ни о чем не думал, ничего вокруг не видел, и вдруг конь и всадник рухнули в яму. Чжан Го бросился к яме, намереваясь поразить копьем отважного воина, но тут из глубины вспыхнул красный свет, конь Чжао Юня вскочил на ноги и одним прыжком очутился наверху. Потомки воспели такое чудо в стихах:

Алым сияньем был вдруг окружен император.
Враг расступился, и вырвался конь из кольца.
Сорок два года процарствовал славный А-доу,
В подвиге смелом сказалось величье бойца.

Чжан Го в испуге отпрянул, а Чжао Юнь, воспользовавшись этим, хлестнул своего коня и умчался. Однако новые, еще большие, опасности ждали Чжао Юня впереди.
- Чжао Юнь, стой! - раздался крик, и перед лицом храбреца появились два военачальника - Цзяо Чу и Чжан Нань. Сзади путь ему отрезали Ма Янь и Чжан Кай, бывшие военачальники Юань Шао, перешедшие на сторону Цао Цао.
Собрав все свои силы, Чжао Юнь вступил в бой с четырьмя врагами, воины которых окружали его все теснее. Чжао Юнь выхватил меч "Черное острие". Взмах руки - и меч легко рубил одежды и латы. Частью перебив, частью разогнав наседавших на него врагов, Чжао Юнь вырвался из окружения.
Цао Цао с вершины горы Цзиншань заметил отважного воина, которому никто не мог противостоять. Цао Цао спросил у своих приближенных, кто это такой. Цао Хун помчался с горы вниз:
- Эй, воин, как тебя звать?
- Я - Чжао Юнь из Чаншаня!
Цао Хун передал его ответ Цао Цао.
- Настоящий тигр! - воскликнул восхищенный Цао Цао. - Доставить мне его живым!
И он приказал, чтобы в Чжао Юня не стреляли из луков, а постарались взять его в плен невредимым.
Так Чжао Юнь избежал смертельной опасности, и жизнь наследника Лю Бэя А-доу была спасена. В этой беспримерной схватке с четырьмя военачальниками и их отрядами Чжао Юнь спас своего будущего повелителя, вырвался из плотного кольца врагов, срубил у противника два стяга и захватил три копья. Орудуя копьем и сражаясь мечом, он убил более пятидесяти больших и малых военачальников из лагеря Цао Цао. Этот подвиг храброго воина потомки воспели в стихах:

Окрасился кровью халат, и латы багряными стали.
Кто с ним в поединок вступал - мог с жизнью прощаться заране.
Но кто ж этот славный боец, что спас господина в Данъяне
И столько врагов одолел? То был Чжао Юнь из Чаншаня.

Чжао Юнь покинул поле битвы. Вся его одежда была пропитана кровью врагов. Он мечтал лишь об одном - поскорее уехать подальше и отдохнуть.

С боями он пробился из окружения, а его отступление прикрыл Чжан Фэй на Чанфаньском мосту.
Участвовал в покорении Юго-Западного Китая и в походах против Вэй. Не раз проявил свои полководческие и боевые навыки.
Был одним из пяти генералов-тигров Шу.
Умер своей смертью:

Во время пиршества сильным порывом ветра сломало сосну, стоявшую перед домом. Дерево повалилось со страшным треском. Военачальники замерли в испуге. Чжугэ Лян погадал и сказал военачальникам, что знамение это означает гибель полководца. Никто ему не поверил, но тут Чжугэ Ляну доложили, что прибыли сыновья полководца Чжао Юня - старший по имени Чжао Тун и младший - Чжао Гуан.
- Чжао Юнь умер! - горестно закричал Чжугэ Лян и бросил свой кубок на землю.
Вошли двое юношей в белых траурных одеждах, поклонились Чжугэ Ляну до самой земли и промолвили:
- Вчера ночью наш батюшка умер от тяжелого недуга!..
У Чжугэ Ляна подкосились ноги.
- Еще одну опору потеряло государство! - с грустью сказал он. - Словно отрубили мне руку!..

Кётё Кансё(монах) - Хуан Чжун.

Великий воин и генерал. Несмотря на свой преклонный возраст, сохранил бойцовские навыки и трезвость ума. На равных сражался с Гуань Юем. Всё это было очень балгородно, в результате чего чуть не лишился жизни, так как хозяин не оценил:

Когда об этом узнал Хань Сюань, им овладел страх. Он послал против Гуань Юя своего старого военачальника Хуан Чжуна, а сам поднялся на стену наблюдать за боем. Хуан Чжун с отрядом в пятьсот человек промчался через подъемный мост и очутился перед врагом. Гуань Юй, заметив старого воина, понял, что это и есть Хуан Чжун. Он развернул своих воинов в линию, сам стал перед отрядом и мечом сделал знак Хуан Чжуну, чтобы он остановился.
– Да это, кажется, Хуан Чжун передо мной? – спросил он.
– Если ты знаешь мое имя, как же ты посмел вторгнуться в наши границы? – отвечал старый воин.
– Я пришел за твоей головой! – ответил Гуань Юй.
С этими словами противники скрестили оружие. Более ста раз схватывались они, но победа не давалась ни тому, ни другому. Хань Сюань, наблюдавший за ходом боя с городской стены, боялся потерять Хуан Чжуна и ударами в гонг отозвал свое войско обратно, и старому воину пришлось вернуться в город.
Гуань Юй тоже отошел и в десяти ли от Чанша разбил лагерь. «Оказывается, недаром слава идет о Хуан Чжуне! – думал он. – Сто схваток выдержал – и никаких признаков слабости! С ним надо пойти на хитрость. Попробую-ка я нанести ему удар на всем скаку, с неожиданным поворотом!»
На следующее утро Гуань Юй подошел к городу с намерением завязать бой. Хань Сюань приказал Хуан Чжуну встретить врага. Хуан Чжун выехал и схватился с Гуань Юем. Воины криками подбодряли своих военачальников. Но ни тот, ни другой не могли добиться превосходства, хотя выдержали уже более пятидесяти схваток!
Еще яростней загремели барабаны. Гуань Юй повернул коня и обратился в бегство. Хуан Чжун преследовал его. Гуань Юй уже занес свой меч, готовясь нанести решающий удар, как вдруг позади послышался какой-то грохот. Гуань Юй быстро обернулся и увидел, что конь Хуан Чжуна споткнулся и всадник лежит на земле. Гуань Юй высоко поднял меч и крикнул:
– На сей раз я тебя пощажу! Меняй коня, и будем опять сражаться!
Хуан Чжун поднял коня, вскочил в седло и ускакал в город. Хань Сюань с тревогой стал расспрашивать его, что случилось.
– Ничего! – ответил старый воин. – Просто конь мой долго не бывал в боях и споткнулся с непривычки…
– Но ведь вы меткий стрелок! – воскликнул Хань Сюань. – Почему вы не застрелите своего врага из лука?
– Завтра мы будем снова драться, и я это сделаю, – пообещал Хуан Чжун.
Хань Сюань отдал ему своего темносерого коня. Хуан Чжун поблагодарил за подарок и ушел отдыхать. Он никак не мог понять благородства Гуань Юя и все время думал: «Вот ведь не захотел он убить меня! Как же я буду в него стрелять? А пощадить его – значит нарушить долг воина!»
Всю ночь Хуан Чжун провел в тревожных размышлениях, но так и не решил, что делать. Утром ему доложили, что Гуань Юй опять вызывает его на поединок. Хуан Чжун выехал из города.
Гуань Юй после двухдневных неудач был крайне расстроен и решил на этот раз биться со своим противником изо всех сил. Хуан Чжун после тридцати схваток сделал вид, что больше не может драться, и повернул коня. Гуань Юй погнался за ним. Старый воин думал о благородстве Гуань Юя и не хотел в него стрелять. Он взял в руки лук и спустил пустую тетиву. Раздался звон. Гуань Юй быстро уклонился, но стрела не пролетела. Он продолжал преследовать врага. Хуан Чжун снова спустил пустую тетиву. Гуань Юй опять уклонился, но и на этот раз стрелы не было.
– Храбрый Хуан Чжун и стрелять-то не умеет! – усмехнулся Гуань Юй и теперь уже без опаски гнался за стариком.
Всадники приближались к подъемному мосту; тут Хуан Чжун быстро наложил стрелу и выстрелил. Стрела просвистела в воздухе и вонзилась в перья на шлеме Гуань Юя. Впереди закричали воины. Испуганный Гуань Юй повернул коня и помчался в свой лагерь. Теперь-то он знал, что Хуан Чжун стрелок, который за сто шагов может попасть в лист тополя!
«Он выстрелил в перья на моем шлеме из благодарности за то, что я не убил его вчера!» – думал Гуань Юй.
Хуан Чжун вернулся в город. Хань Сюань, как только увидел Хуан Чжуна, крикнул своим приближенным, чтобы те схватили и обезглавили старого воина.

Однако Вэй Янь спас полководца, подняв восстание против Хань Сюаня. Они оба стали служить Лю Бэю.
Не раз демонстрировал свой ум и силу.
Был одним из пяти генералов-тигров Шу.
Убил Сяхоу Юаня.
Во время похода мести против Ву, попал в засаду, был ранен стрелой и в скорости скончался от раны.

Бачоу Моуки – Ма Чао.

Великий воин. Вместе со своим отцом пытался спасти императора от полководцев убитого Дун Чжо.
Его отец, Ма Тэн, организовал заговор против Цао Цао, дабы освободить императора. Заговор провалился, а Ма Тэн был казнён.
Ма Чао поднял армию и двинулся войной на Вэй. Одолел Чжан Го. На равных бился с Сюй Чу.
Однажды чуть не убил Цао Цао:

С копьем наперевес Ма Чао бросился в бой. Из-за спины Цао Цао навстречу ему выехал Юй Цзинь. Но после десяти схваток Юй Цзинь обратился в бегство. Тогда в поединок вступил Чжан Го и после двадцати схваток тоже бежал. На смену ему вышел Ли Тун. Ма Чао быстро сбил его с коня и копьем сделал знак своим воинам вступить в бой. Сам Ма Чао, а за ним Пан Дэ и Ма Дай ворвались в строй противника, намереваясь схватить Цао Цао.
– Ловите Цао Цао, он в красном халате! – донеслись до Цао Цао крики силянских воинов.
Цао Цао мгновенно сбросил с себя красный халат. Но тут же послышались возгласы:
– У Цао Цао длинная борода!
Не медля ни минуты, Цао Цао мечом отрезал себе бороду. Это заметил силянский воин и предупредил Ма Чао. Тот приказал переловить всех врагов с короткой бородой. Тогда Цао Цао оторвал кусок знамени, обернул им голову и во весь дух погнал своего коня.
Цао Цао чувствовал, что за ним кто-то гонится по пятам. Обернувшись, он узнал Ма Чао.
– Стой, злодей! – громовым голосом кричал Ма Чао.
Но Цао Цао мчался вперед, лишь изредка оглядываясь на своего преследователя. Ма Чао настигал его. Цао Цао повернул коня за дерево. Ма Чао метнул копье, но оно вонзилось в ствол дерева. Пока Ма Чао вытаскивал копье, Цао Цао уже был далеко. Но Ма Чао продолжал его преследовать. Когда он обогнул склон горы, до него донесся чей-то крик:
– Не тронь моего господина! Цао Хун здесь!
Наперерез ему мчался Цао Хун. Он яростно набросился на Ма Чао и остановил его. Это спасло Цао Цао. Долго бились противники, и постепенно Ма Чао стал слабеть. В это время на подмогу Цао Хуну подоспел Сяхоу Юань с несколькими десятками всадников. Ма Чао был один и, чтобы не попасть в окружение, повернул обратно. Сяхоу Юань дал ему уйти.

Цао Цао путём ловких интриг сумел перессорить Ма Чао и его союзника Хань Суя. Войска Ма Чао были разбиты, а он бежал и поступил на службу к Чжан Лу.
Чжан Лу отправил его против Лю Бэя. Ма Чао на равных сражался с Чжан Фэем и вызвал восхищение Шу. Чжугэ Лян сумел перессорить Ма Чао с хозяином и переманить его на свою сторону.
Гуань Юй хотел сразиться с Ма Чао:

Как-то на досуге Лю Бэй беседовал с Чжугэ Ляном, и в это время ему доложили, что из Цзинчжоу приехал Гуань Пин, сын Гуань Юя, передать благодарность отца за полученные подарки. Лю Бэй велел допустить к нему Гуань Пина. Тот вошел, низко поклонился и, вручая письмо, сказал:
– Мой батюшка знает, что Ма Чао в военном искусстве превосходит многих полководцев, и просит у вас разрешения помериться с ним силами.
– Если Гуань Юй будет драться с Ма Чао, один из них непременно погибнет, – озабоченно произнес Лю Бэй.
– Ничего не случится, – успокоил его Чжугэ Лян. – Я напишу Гуань Юю, и он откажется от своей затеи.
Лю Бэй, зная вспыльчивость Гуань Юя, охотно предоставил Чжугэ Ляну право действовать по своему усмотрению. Чжугэ Лян написал письмо, и Гуань Пин, не задерживаясь в Чэнду, выехал обратно в Цзинчжоу,
– Ну, как? Ты сказал, что я хочу помериться силой с Ма Чао? – нетерпеливо спросил Гуань Юй, едва увидел сына.
– Да. И учитель Чжугэ Лян прислал вам вот это письмо.
Гуань Юй стал читать:
«Говорят, что вы хотите помериться силой с Ма Чао. Я не отрицаю, что он сильнее многих военачальников и даже сравнил бы его с Цзин Бу и Пэн Юэ. Но для него было бы слишком большой честью состязаться с таким доблестным воином, как вы! Полагаю, что в крайнем случае это мог бы сделать Чжан Фэй. На вас возложена вся ответственность за безопасность Цзинчжоу. Если вы уедете в Сычуань, в это время Цзинчжоу могут захватить враги, и вся вина падет на вас. Подумайте об этом!»
Прочитав письмо, Гуань Юй погладил свою бороду и улыбнулся:
– О да! Чжугэ Лян прекрасно знает мои мысли!
Он показал письмо своим гостям, и с тех пор больше не упоминал о поездке в Сычуань.

Учавствовал во многих кампаниях. Умер своей смертью.

Басёку - Ма Шу.
Талантливый полководец. Лю Бэй перед смертью предостерёг Чжугэ Ляна насчёт Ма Шу:

Сянь-чжу огляделся и, заметив стоявшего рядом Ма Шу, брата советника Ма Ляна, сделал ему знак удалиться, потом обратился к Чжугэ Ляну:
– Учитель, как вы оцениваете способности Ма Шу?
– Это величайший талант нашего века! – ответил Чжугэ Лян.
– Нет! – твердо сказал Сянь-чжу. – Этот человек для большого дела не годится! Подумайте над моими словами.

Во время похода против Вэй совершил несколько ошибок, в результате которых экспедиционная армия Шу была отрезана от поставок продовольствия и вынуждена отступить. Был казнён за это Чжугэ Ляном, который его очень любил.




Сообщение отредактировал Аттила - Четверг, 01 Апр 10, 18:00
 
TakashiДата: Четверг, 01 Апр 10, 21:03 | Сообщение # 4
Младший повелитель

Дополнительные данные
Продолжай

klaus, написано же, что для обсуждения есть специальная тема. Сообщение перенес туда.


 
АттилаДата: Пятница, 02 Апр 10, 23:22 | Сообщение # 5
Летающий генерал

Дополнительные данные
Наньо - Ву\У.

Сонкен Бундай – Сунь Цзянь.

Великий воин и генерал. Цзяндунский Тигр.
Управлял землями южнее Янцзы. Возводил своё происхождение к знаменитому стратегу и военному теоретику Сунь Цзы. Прославился с младых ногтей. Участвовал в подавлении восстания Жёлтых Повязок.

Во главе этого отряда ехал воин с большим лбом и открытым лицом, широкий в плечах и тонкий в поясе. Звали его Сунь Цзянь, и был он потомком знаменитого Сунь-цзы. Еще семнадцатилетним юношей пришлось ему вместе с отцом быть на реке Цяньтан. Там он увидел около десятка речных разбойников, деливших на берегу добычу, и сказал отцу:
– Батюшка, этих разбойников можно изловить!
И, выхватив меч, он бросился на берег с воинственным криком, будто созывая своих людей. Разбойники с перепугу бросили награбленное и ударились в бегство. Сунь Цзянь погнался за ними и убил одного из них. Этим он прославился на весь округ и получил звание сяо-вэй. А когда Сюй Чан из Хуэйцзи поднял мятеж и, провозгласив себя императором под именем Ян-мин, собрал под свои знамена несколько десятков тысяч человек, Сунь Цзянь и правитель округа возглавили тысячу храбрецов и в союзе с другими округами и областями разгромили мятежников и убили самого Сюй Чана и его сына. За этот подвиг Сунь Цзянь был назначен начальником трех уездов. Ныне же, когда началось восстание Желтых, Сунь Цзянь собрал деревенских молодцов, мелких торговцев и около двух тысяч отборных воинов из Хуайсы и выступил против повстанцев.

Успешно действовал против армии Дун Чжо, но не получив припасов был разбит:

Тогда Сунь Цзянь подал сигнал к наступлению, но с перевала посыпались стрелы и камни. Сунь Цзянь вынужден был отвести войска и, раскинув лагерь в Ляндуне, послал гонца к Юань Шао с донесением и к Юань Шу с требованием провианта. Но ни фуража, ни провианта Сунь Цзянь не получил, ибо нашелся человек, который сказал Юань Шу:
– Сунь Цзянь – это свирепый тигр из Цзяндуна. Если он захватит Лоян и убьет Дун Чжо, то у нас не станет волка, но зато появится тигр. Не давайте ему провианта, и он непременно потерпит поражение.

Этим захотел воспользоваться Дун Чжо, прислав своего генерала:

– Дун Чжо уважает вас больше всех, – заговорил Ли Цзюэ, – и послал меня к вам с предложением породниться. У него есть дочь, которую он хочет отдать замуж за вашего сына.
– Разве я могу породниться с таким бессовестным и беспутным злодеем, погубившим правящий дом! – в страшном гневе закричал Сунь Цзянь. – Я поклялся уничтожить его род до девятого колена, чтобы отомстить за поруганную им Поднебесную! Тебя я пока не трону, но возвращайся назад не мешкая! Помни: сдашь перевал – я тебя пощажу, будешь медлить – изрублю в куски!

На пепелище столицы нашёл императорскую печать и хотел сохранить это в тайне. Однако один из воинов проболтался, и Сунь Цзянь вынужден был поклясться, что ничего не находил. Не смог обмануть этим Юань Шао, с которым возник конфликт. Отправился вместе с печатью в свои владения. По дороге на него напали войска Лю Бяо (которого подговорил Юань Шао), он был разбит, но сумел ускользнуть от врагов и вернуться домой.
Собрав силы, решил отомстить Лю Бяо, а заодно и расширить свои территории. Взял в поход своего старшего сына (Сунь Цэ). Война складывалась успешно, но во время осады Сянъяна попал в осаду и был убит:

Сунь Цзянь, сидевший в шатре, вдруг услышал шум. В ту же минуту он вскочил на коня и во главе главе тридцати всадников выехал из лагеря. Ему донесли, что конный отряд прорвался из осажденного города и поскакал в сторону Сяньшаня. Не теряя времени, Сунь Цзянь бросился в погоню. Люй Гун уже скрылся в горном лесу. Быстроногий конь Сунь Цзяня вынесся далеко вперед, настигая врага. Люй Гун повернул своего коня и вступил в бой с Сунь Цзянем, но после первой же схватки бежал. Сунь Цзянь помчался за ним по горной тропинке, но потерял его из виду.
Неожиданно раздались удары гонга. С горы посыпались камни, из леса полетели стрелы. И всадник и конь погибли у подножья Сяньшаня. Жизнь Сунь Цзяня оборвалась на тридцать седьмом году.

Сунь Цэ удалось обменять тело отца на пленного полководца Лю Бяо, заключить мир и вернуться домой.

Сонсаку Хакуфу - Сунь Цэ.

Великий воин и талантливый полководец.
«Маленький богатырь». Видимо именно это прозвище аниматоры превратили в «Младший повелитель повелителей».
Старший сын Сунь Цзяня. Присоединился к походу отца против Лю Бяо.

У Сунь Цзяня было четыре сына от первой жены, происходившей из рода У, и еще сын Лан и дочь Жэнь от второй жены – младшей сестры госпожи У. Сыновья поклонились отцу, и Сунь Цзин повел такую речь:
– Ныне Дун Чжо захватил власть. Сын неба робок и слаб. Князья стремятся властвовать на своих землях; в стране великая смута. Лишь у нас, в Цзяндуне, сравнительно спокойно, так стоит ли из-за малой обиды подымать войну? Я хотел бы, чтобы ты, брат мой, все хорошенько обдумал.
– Не говори лишнего, – ответил Сунь Цзянь. – Я – самый сильный во всей Поднебесной и терплю обиду. Как же мне не желать мести?
Тут старший из его сыновей, Сунь Цэ, вмешался:
– Если вы, батюшка, решили идти в поход, то и я с вами.
Сунь Цзянь согласился, и Сунь Цэ на судне отправился воевать в Фаньчэн.

Отлично проявил себя в сражениях. После гибели отца, сумел выменять его тело и вернуться в Цзяндун.
По возращении домой проявил себя дальновидным политиком:

Сунь Цэ решил собрать вокруг себя мудрецов и ученых, он был очень милостив к тем, кто честно служил ему, и вскоре со всех сторон к нему стали стекаться самые выдающиеся люди.

После смерти отца Сунь Цэ жил в Цзяннани, общаясь там с учеными людьми. Но из-за того, что Тао Цянь не ладил с дядей его матери – даньянским правителем У Цзином, Сунь Цэ перевез свою мать и семью в Цюйа, а сам перешел на службу к Юань Шу. Юань Шу крепко полюбил его и часто со вздохом повторял: «Если бы у меня был такой сын, как Сунь Цэ, я мог бы умереть спокойно». Он сделал Сунь Цэ своим доверенным сяо-вэем и послал его с войском против цзинсяньского правителя Цзу Лана. В этой войне Сунь Цэ одержал победу, и Юань Шу, убедившись в его храбрости, отправил его воевать против Лу Кана. И вот теперь он возвратился с новой победой. По окончании пира Сунь Цэ вернулся к себе в лагерь. Он гордился отношением к нему Юань Шу, но на сердце у него было тоскливо. Расхаживая при свете луны по своему дворику, он думал о том, каким героем был его отец, Сунь Цзянь, и до какого положения опустился он, его сын. Сам того не замечая, Сунь Цэ громко заплакал.
- О чем вы так горюете? - с улыбкой обратился к нему неожиданно вошедший во двор человек. - Ваш батюшка при жизни часто пользовался моими советами. Если вы испытываете какое-либо затруднение, почему вы проливаете слезы, а не обратитесь ко мне за помощью?
Так сказал Чжу Чжи из Гучжана, прежде состоявший на службе у Сунь Цзяня.
- Я плачу с досады, что не могу исполнить желаний моего отца! - Сунь Цэ вытер слезы и пригласил его сесть.
- Вы нуждаетесь в войске и можете попросить его у Юань Шу, якобы для того, чтобы оказать помощь У Цзину. Тогда вы осуществите великое дело! - сказал Чжу Чжи. - Зачем вам изнывать под властью других людей?
В эту минуту вошел неизвестный человек и обратился к Сунь Цэ со словами:
- Я знаю, что вам нужно! У меня под командой есть сотня молодцов, готовых служить вам.
Это был советник Юань Шу, Люй Фань из Сияна. Сунь Цэ любезно пригласил его сесть, чтобы вместе обсудить план.
- Боюсь только, - продолжал Люй Фань, - что Юань Шу не согласится дать вам войско.
- У меня есть наследственная императорская печать, - сказал Сунь Цэ, - она досталась мне после погибшего отца. Это будет хорошим залогом.
- Юань Шу давно хочет раздобыть эту печать, - заметил Люй Фань. - Под такой залог он даст войско!
Юань Шу (Эндзицу) согласился на предложение:
- Мне ваша печать не нужна, - отвечал Юань Шу, в душе весьма обрадованный. - Но, впрочем, оставьте ее здесь. Я дам вам три тысячи воинов и пятьсот коней. Как только все уладите, сразу же возвращайтесь. Ваш чин не предоставляет вам большой власти, я представляю вас к званию чжэ-чун сяо-вэй и титулу Истребителя разбойников. Выступайте в поход в ближайшие же дни.

По дороге Сунь Цэ повстречал Чжоу Юя и продолжил привлекать к себе людей:

Возле Лияна им повстречалось чье-то войско. При виде военачальника, человека с прекрасным лицом и изящной осанкой, Сунь Цэ соскочил с коня и поклонился. Он узнал в нем Чжоу Юя. Еще во времена войны с Дун Чжо семья Чжоу Юя переселилась в Шучэн. Будучи ровесниками, Чжоу Юй и Сунь Цэ подружились и поклялись стать братьями. Сунь Цэ был старше Чжоу Юя на два месяца, а потому Чжоу Юй служил ему, как старшему брату. Дядя Чжоу Юя - Чжоу Шан был даньянским тай-шоу, и Чжоу Юй ехал повидаться с ним. Друзья обрадовались встрече, и Сунь Цэ посвятил Чжоу Юя в свои планы.
- Я буду служить тебе так же верно, как служат человеку собака и конь, - заявил Чжоу Юй, - и отдам все свои силы для выполнения твоего великого замысла.
- Твоя дружба обеспечит успех дела! - воскликнул довольный Сунь Цэ.
Чжоу Юй был представлен Чжу Чжи, Люй Фаню и другим.
- Мой старший брат, - сказал Чжоу Юй, - тебе должно быть известно, что в Цзяндуне есть два Чжана?
- Какие два Чжана?
- Один - Чжан Чжао из Пынчэна, а другой - Чжан Хун из Гуанлина. Они обладают даром толкования знамений неба и земли. Они живут здесь, укрываясь от смут. Почему бы тебе, брат мой, не пригласить их?
Сунь Цэ приказал отправить обоим мудрецам дары и приглашение, но те не пришли. Тогда Сунь Цэ сам отправился к ним. Он остался весьма доволен их рассуждениями и сумел уговорить их служить ему. Сунь Цэ пожаловал Чжан Чжао звание и военную должность, а Чжан Хуна сделал своим советником. Затем они вместе обсудили план нападения на Лю Яо.

Чжан Чжао – это Чёшу. А Чжан Хун – дедок из Наньо.

Разбил Лю Яо, сражался при этом на равных с Тайши Цы.
Во время очередного сражения с Лю Яо произошёл интересный случай:

Из-за спины Лю Яо выехал какой-то человек с копьем в руках. Это был Юй Ми. В третьей схватке Сунь Цэ захватил его живым в плен и галопом вернулся в строй. На выручку Юй Ми понесся Фань Нэн. Он уже занес было копье, собираясь ударить Сунь Цэ в спину, но воины Сунь Цэ закричали:
– На вас покушаются!
Сунь Цэ обернулся и, заметив приближающегося Фань Нэна, испустил громоподобный крик. Фань Нэн со страху упал с коня, сломал себе шею и умер. Сунь Цэ подъехал к знамени и сбросил Юй Ми на землю – тот был мертв, задохнувшись в объятиях Сунь Цэ. С тех пор люди прозвали Сунь Цэ «Маленьким богатырем».

Проявил во время этой войны и свои таланты военначальника.
Разбитый Лю Яо бежал к Лю Бяо, а Тайши Цы собирал людей для продолжения борьбы. Сунь Цэ сумел взять Тайши Цы в плен и переманить его на свою сторону.
Затем Сунь Цэ успешно продолжил покорение Южного Китая.
Потребовал вернуть императорскую печать, но Юань Шу отказался.
Сунь Цэ совместно с Лу Бу, Лю Бэем и Цао Цао выступил против Юань Шу, который объявил себя императором. Созники не смогли одержать полную победу.

С тех пор как Сунь Цэ завладел Цзяндуном, его могущество неизмеримо возросло. В четвертом году периода Цзянь-ань [199 г.] он захватил Люцзян, разбив войска Лю Сяня. Покорился ему и Хуа Синь, тай-шоу округа Юйчжан. Слава о Сунь Цэ загремела повсюду. Он послал донесение о своих победах в Сюйчан. Зная о его могуществе, Цао Цао со вздохом говорил:
– Это – лев! С ним трудно бороться…

Сюй Гун советовал Цао Цао вызвать Сунь Цэ в столицу, для того чтобы нейтрализовать. Сунь Цэ прознал об этом и казнил Сюй Гуна. Но его слуги решили отомстить:

И вот однажды Сунь Цэ с отрядом войск отправился на охоту в горы западнее Даньту. Увлекшись преследованием оленя, он ускакал далеко и тут заметил трех человек, вооруженных копьями и луками.
– Кто вы такие? – спросил он, придерживая коня.
– Воины Хань Дана; охотимся здесь на оленей, – ответили вооруженные люди.
Сунь Цэ тронул коня. Неожиданно один из них ударил его копьем в левую ногу. Сунь Цэ выхватил меч и бросился вперед, но клинок упал на землю, в руках у него осталась одна рукоятка. Другой воин выстрелил из лука и попал Сунь Цэ в скулу. Он выдернул стрелу и в свою очередь выстрелил в противника из лука. Тот упал. Двое других с копьями бросились на Сунь Цэ.
– Мы – слуги Сюй Гуна, мстим за нашего господина.
Сунь Цэ остался без оружия. Он обратился в бегство, отбиваясь своим луком. Противники наседали. Сунь Цэ уже несколько раз был ранен копьями. К счастью, в самый опасный момент появился Чэн Пу.
– Бейте их! – еще издали закричал ему Сунь Цэ.
Чэн Пу быстро расправился с нападавшими. Лицо Сунь Цэ было залито кровью. Разрезав халат, ему перевязали раны и увезли лечить в Ухуэй.

Стрела которой ранили Сунь Цэ была отравленной, и, для того чтобы вылечиться, он должен был находиться в покое 100 дней. Но Сунь Цэ не выждал положенный срок и начал готовиться к походу против Цао Цао, который не желал выполнить требования Сунь Цэ, по поводу присвоения должности. Во время подготовки к походу он обозлился на монаха Юй Цзи, и, несмотря на возражения советников и матери, Сунь Цэ велел казнить.
После смерти дух монаха стал к являться к Сунь Цэ, его болезнь обострилась и он скончался:

Сунь Цэ умолк. Глаза его закрылись, и он умер. Было ему только двадцать шесть лет.
Потомки воспели его в стихах:
Он в страхе держал один все юго-восточные земля,
И «маленьким богатырем» его называл народ.
Он все рассчитал, как тигр, готовый прыгнуть на жертву,
Он планы обдумал свои, как ястреб, готовый в полет.
В Трехречье, подвластном ему, царили мир и согласье.
Великая слава его доныне гремит под луной.
Он перед кончиной своей огромное дело оставил,
Чжоу Юю доверив его, достойному править страной.

Единственный сильный правитель, который мог на равных сражаться с лучшими воинами своего времени.

Кокин – Чжоу Юй.

Гениальный стратег и неплохой воин. Сопровождал Сунь Цэ с самого начала его пути.
Придумал план взятия в плен Тайши Цы. Помогал в покорении Южного Китая.
Умирая Сунь Цэ завещал брату:

Но все же пусть он, в случае затруднений в делах внутренних, обращается к Чжан Чжао, а в делах внешних советуется с Чжоу Юем. Жаль, что нет его здесь и нельзя дать ему указания!

Был женат на младшей сестре жены Сунь Цэ.
Чжугэ Лян подтолкнул Чжоу Юя к союзу против Цао Цао, рассказав, что тот желает заполучить двух сестёр Цяо.
Вместе с Чжугэ Ляном разработал план битвы при Чиби. Чувствовал в этом стратеге и в Лю Бэе угрозу и пытался свести их в могилу, ещё во время битвы при Чиби. Не вышло.
Цао Цао перед сражением пытался уговорить Чжоу Юя сдаться, прислав его старого друга. Чжоу Юй разгадал замыслы противника и предпринял ответную хитрость. Он подделал письма флотоводцев Цао Цао (якобы те хотели его предать) и сделал так, чтобы друг их увидел и выкрал. Флотоводцы были казнены.
После победы при Чиби продолжил войну с Цао Цао. Попал в ловушку Цао Жэня (которую тот устроил благодаря оставленному плану Цао Цао) и был ранен отравленной стрелой. Применил ответную хитрость и одолел армию Вэй. Однако плодами побед воспользовался Чжугэ Лян, который захватил без боя три города, в то время как Чжоу Юй был занят противником.
Впоследствии Чжугэ Лян ещё несколько раз обманул Чжоу Юя. Это в купе с полученной и незажившей раной свело Чжоу Юя в могилу:

– О небо! Зачем ты в одно время со мной послало на землю и Чжугэ Ляна?
Это были последние слова Чжоу Юя; он несколько раз громко вскрикнул и умер. Было ему только тридцать шесть лет.

Оин Сиси - Ван Юнь.

Чиновник династии Хань. Был предан императору. Был одним из организаторов попытки Цао Цао убить Дун Чжо:

Когда вино обошло несколько кругов, Ван Юнь вдруг закрыл лицо руками и заплакал. Все встревожились и стали расспрашивать его:
– В чем причина вашей печали? Ведь сегодня день вашего рождения.
– Нет, сегодня не день моего рождения, – отвечал Ван Юнь. – Я просто хотел увидеться с вами и поговорить откровенно, но боялся вызвать подозрения Дун Чжо и придумал этот повод. Дун Чжо, обойдя императора, присвоил власть и поставил под угрозу существование династии! Мне вспомнилось, как император Гао-цзу, разбив царство Цинь и уничтожив царство Чу, завоевал Поднебесную и основал династию Хань. Так неужели теперь все должно погибнуть от руки Дун Чжо! Вот в чем причина моих слез.
Тут все зарыдали. Но один из гостей поднялся и, громко рассмеявшись, сказал:
– Даже если все сановники примутся плакать с вечера до утра и с утра до вечера, вряд ли смогут они своими слезами убить Дун Чжо!
Ван Юнь, окинув взглядом говорившего, – это был Цао Цао, – гневно воскликнул:
– Твой род пользовался милостями Ханьского дома! Ты же не только не думаешь, как послужить государству, но еще и смеешься над нами!
– Я смеюсь вовсе не потому, – возразил Цао Цао. – Мне смешно, что вы проливаете слезы и не думаете над тем, как убить Дун Чжо. Я хоть и не обладаю талантами, но сумею отрубить голову этому разбойнику и выставить ее у ворот столицы, чтобы заслужить благодарность Поднебесной!
– Какие же у вас планы, Цао Цао? – спросил Ван Юнь, подходя к нему.
– Вот что, – начал Цао Цао. – В ближайшие дни я отправлюсь к Дун Чжо и скажу, что хочу служить ему. Если он поверит, то со временем мне удастся попасть в число его приближенных. Я слышал, что у вас, сы-ту, есть драгоценный меч «семи звезд». Я хотел бы получить его, чтобы, пробравшись во дворец, убить им злодея. Случись так, что пришлось бы мне самому умереть, я не пожалел бы об этом!
– Если ваше намерение искренне, какое это будет счастье для Поднебесной! – вскричал Ван Юнь.
И, своими руками наполнив чашу вином, он поднес ее Цао Цао. Тот выпил и произнес клятву, после чего Ван Юнь вручил ему меч «семи звезд». Цао Цао спрятал его, поклонился сановникам и удалился. Все остальные вскоре тоже разошлись.

Но попытка провалилась. Когда Дун Чжо спалил Лоян и перенёс столицу в Чанань, Ван Юнь придумал новый план. С помощью своей приёмной дочери, красавицы Дяо Шань, ему удалось перессорить Лу Бу и Дун Чжо. Затем он сподвиг Лу Бу на убийство Дун Чжо:

– Я убил бы этого старого прохвоста, но он мой названый отец, как тут быть? – спросил Люй Бу. – Не вызовет ли это осуждение потомков?
– Вы происходите из рода Люй, а он из рода Дун, – с улыбкой промолвил Ван Юнь. – Разве он руководствовался отцовскими чувствами, когда бросал в вас алебарду?
– О, сы-ту, вы открыли мне глаза! – воодушевился Люй Бу.
Ван Юнь, видя, что почва уже достаточна подготовлена, продолжал:
– Если вы восстановите Ханьский дом, то прославите себя как верноподданный, и ваше имя останется в истории на многие поколения. Если же вы станете помогать Дун Чжо, вас будут считать изменником, и вы на многие века оставите по себе дурную славу.
– Я уже принял решение, – сказал Люй Бу, – и не изменю его.

Лу Бу, Ван Юнь и Ли Су сумели осуществить задуманное:

Дун Чжо еще издали заметил, что Ван Юнь и другие вооружены мечами.
– Почему все с мечами? – спросил он с испугом у Ли Су.
Ли Су ничего не ответил. Люди подвезли коляску прямо к входу во дворец, и Ван Юнь во весь голос закричал:
– Мятежник здесь! Где воины?
С двух сторон выбежали более ста человек с алебардами и копьями и набросились на Дун Чжо. Раненный в руку, он упал в коляске, громко взывая:
– Где ты, сын мой Люй Бу?
– Есть повеление покарать мятежника! – крикнул Люй Бу и своей алебардой пронзил ему горло.
Ли Су отрубил Дун Чжо голову и высоко поднял ее. Люй Бу вытащил из-за пазухи указ и объявил:
– Таков был приказ императора!

После убийства Дун Чжо, Ван Юнь временно управлял делами и отказался помиловать генералов тирана:

Теперь обратимся к Ли Цзюэ, Го Сы, Чжан Цзи и Фань Чоу, которые бежали в Шэньси и прислали в Чанань гонца с просьбой о помиловании.
– Эти четверо помогали Дун Чжо захватить власть, – сказал Ван Юнь, – и хоть ныне мы прощаем всех – этих простить не можем.
Генералы разбили Лу Бу. Лу Бу пытался уговорить Ван Юня бежать, но тот отказался:
– За какое преступление убит тай-ши Дун Чжо? – закричали Ли Цзюэ и Го Сы и набросились на него с обнаженными мечами.
– Преступления злодея Дун Чжо переполнили небо и землю! – вскричал Ван Юнь. – В тот день, когда его убили, жители Чананя поздравляли друг друга, разве вам это не известно?
– Тай-ши был действительно виноват, а в чем наша вина? Почему вы не согласились простить нас? – бесновались Ли Цзюэ и Го Сы.
– Пусть же я умру! Мне не о чем с вами разговаривать!
Мятежники убили Ван Юня у подножья башни.

Рикусон - Лу Сунь.

Талантливый полководец. Помог Люй Мыну одолеть Гуань Юя:

– Видите ли, Гуань Юй слишком полагается на себя и считает, что ему нет равных в храбрости, – начал Лу Сунь. – Он только вас побаивается. Я советую вам, сославшись на болезнь, отказаться от своей должности и передать ее кому-нибудь другому. А ваш преемник пусть всячески унижает себя и восхваляет Гуань Юя. Тогда тот ослабит бдительность и оттянет часть войск под Фаньчэн. Тут-то мы и захватим Цзинчжоу. Нам даже не придется ломать себе голову над тем, как это сделать. Для этого будет достаточно одного отряда воинов.

Когда Лю Бэй отправился против Ву в поход мести, Лу Суню выпала обязанность противостоять армии Шу:

– У нас есть столп, которым можно подпереть небо! Вы забыли о нем!
– Кто это такой? – спросил Сунь Цюань.
Кань Цзэ продолжал:
– Прежде великими делами Восточного У ведал Чжоу Юй, потом его сменил Лу Су. После смерти Лу Су место это занял Люй Мын. Ныне и Люй Мына уже нет в живых, но остался Лу Сунь. Человек этот известен как ученый книжник, а в действительности это герой и великий стратег! Он ничем не уступает Чжоу Юю. План разгрома Гуань Юя исходил от него. Если вы призовете Лу Суня, победа над врагом обеспечена! А случись так, что Лу Сунь потерпит неудачу, я вместе с ним буду в ответе!

Достойно справился с задачей сумев сжечь армию неприятеля.
После победы попал в ловушку Чжугэ Ляна, оставленную много лет назад:

Прославившийся Лу Сунь во главе своих победоносных войск спешил на запад в царство Шу. Но недалеко от заставы Куйгуань он вдруг заметил, что над прибрежными горами витает зловещий дух смерти. Остановив коня и повернувшись к военачальникам, Лу Сунь закричал:
- Впереди засада! Остановить войско! Отойти на десять ли и расположиться боевыми порядками в открытом поле. Приготовиться к бою!
Лу Сунь выслал разведку, и вскоре ему доложили, что поблизости не видно ни одного воина противника. Лу Сунь не поверил, сошел с коня и поднялся на гору; там все еще витал дух смерти.
Послали еще одну разведку, но и на этот раз не удалось ничего обнаружить. Солнце клонилось к закату, а дух смерти не исчезал. Охваченный тревогой и колебаниями, Лу Сунь решил в третий раз отправить на разведку своих верных людей. Вскоре они возвратились и доложили, что на берегу лежат огромные кучи камней, но ни одного человека, ни одного коня они не заметили.
Лу Сунь, не зная, что думать, приказал разыскать местных жителей и расспросить их. Вскоре к нему привели нескольких человек.
- Кто сложил на берегу камни? - спросил он. - Почему от них исходит дух смерти?
- Местность эта называется Юйпуфу, - отвечали жители. - Еще в то время, когда Чжугэ Лян шел в Сычуань, он прислал сюда воинов, и они на песчаном берегу выложили из груды камней план расположения войск. С тех пор на этом месте подымается пар, похожий на облако.
Выслушав жителей, Лу Сунь сам пошел взглянуть на камни. Остановившись на склоне горы, он разглядел, что между камнями есть проходы.
- Какое искусство вводить в заблуждение людей! - усмехнулся Лу Сунь. - Но зачем это сделано?
Спустившись с горы, он в сопровождении нескольких всадников въехал в проход между камнями.
- Солнце уже садится, - заметили военачальники. - Надо поскорее возвращаться...
Лу Сунь хотел выехать из камней, но тут налетел сильный ветер, взметая песок. И вдруг Лу Суню показалось, что странные камни приподнялись, а сухие деревья ощетинились мечами. Казалось, где-то поблизости бушует и бурлит река, бряцает оружие и гремят барабаны.
- Я попался в ловушку Чжугэ Ляна! - отчаянно закричал Лу Сунь.
Он хотел поскорее выбраться из этого места, но не мог найти выхода. Тут перед ним появился старик и, улыбаясь, сказал:
- Вы хотите выйти из этих камней?
- Прошу вас, выведите меня отсюда! - вскричал Лу Сунь.
Опираясь на посох, старик медленно пошел вперед и беспрепятственно вывел Лу Суня на склон горы.
- Кто вы, отец? - взволнованно спросил Лу Сунь.
- Я - тесть Чжугэ Ляна, зовут меня Хуан Чэн-янь, - отвечал тот. - Когда зять мой шел в Сычуань, он сложил здесь эти камни и назвал их планом восьми расположений. Они ежедневно меняют расположение, и их можно сравнить с десятью тысячами отборных воинов. Перед уходом мой зять сказал, что здесь заблудится полководец из Восточного У, и наказывал мне не выводить его отсюда. Но когда я увидел, как вы вошли через ворота Смерти, я подумал, что вам ни за что не выбраться из этих камней. Человек я добрый и не мог допустить, чтобы вы погибли. Я вывел вас через ворота Жизни.
- Вы изучили все проходы? - спросил Лу Сунь.
- Нет. Изменения их бесконечны, и изучить их невозможно! - сказал старик.
Лу Сунь соскочил с коня и с благодарностью поклонился старику.
Возвратившись к себе в лагерь, Лу Сунь с глубоким вздохом сказал:
- Чжугэ Лян - это поистине Во-лун - Дремлющий дракон! Мне не сравниться с ним!
И он приказал войску отступать.

Несколько раз успешно воевал с Вэй.
Умер своей смертью.

Тайсидзи Сиги – Тайши Цы.

Великий воин.
Доставил из города, осаждённого жёлтыми, просьбу о помощи Лю Бэю:

Тайши Цы досыта наелся, облачился в латы, прикрепил к поясу лук со стрелами, вооружился копьем и с письмом Кун Юна тронулся в путь. Городские ворота приоткрылись, и сразу же на выехавшего Тайши Цы набросилась целая орава мятежников во главе с предводителем. Тайши Цы сразил нескольких из врагов, пытавшихся его окружить, и прорвался вперед. Гуань Хай с сотней всадников погнался за ним, хорошо понимая, как опасно выпускать человека из осажденного города. Окруженный со всех сторон, Тайши Цы остановился и стал осыпать противника стрелами из лука. От каждой выпущенной им стрелы на землю валился всадник. Враги не посмели преследовать его дальше. Тайши Цы благополучно добрался до Пинъюаня и явился к Лю Бэю. После приветственных церемоний Тайши Цы вручил ему послание Кун Юна.

Затем служил Лю Яо и сражался с Сунь Цэ:

После молитвы Сунь Цэ вышел из храма, сел на коня и обратился в своим военачальникам:
– Я желаю перейти хребет и разведать, где находится лагерь Лю Яо.
Военачальники считали, что этого делать нельзя, но Сунь Цэ. не послушался их. Вместе они поднялись на вершину хребта. К югу виднелись деревушки и рощицы, где в засаде укрывались небольшие отряды.
Гонец тотчас же доложил Лю Яо о появлении Сунь Цэ.
– Сунь Цэ хитрит! Он хочет вовлечь нас в бой, – сказал Лю Яо, – не преследуйте его.
– Если сейчас не схватить Сунь Цэ, какого же еще случая ждать? – с жаром возразил Тайши Цы. Не ожидая приказа Лю Яо, он облачился в латы, вскочил на коня и бросился из лагеря с громким криком: – Эй, храбрецы, за мной!
Никто не двинулся с места. Только один какой-то неизвестный воин восторженно крикнул:
– Тайши Цы действительно отважен! Ладно, помогу ему!
Это рассмешило военачальников.
Тем временем Сунь Цэ, хорошенько осмотрев всю местность вокруг, двинулся в обратный путь. Как раз в тот момент, когда он переваливал хребет, с вершины донесся громкий окрик:
– Сунь Цэ, стой!
Сунь Цэ обернулся и увидел двух скачущих всадников. Он развернул в ряд тринадцать своих спутников и сам с копьем наизготовку остановился в ожидании врага.
– Который тут Сунь Цэ? – крикнул Тайши Цы.
– А ты кто такой? – спросил Сунь Цэ.
– Я – Тайши Цы из Дунлая и хочу поймать Сунь Цэ!
– Он перед тобой, – со смехом ответил Сунь Цэ. – Вы двое явились к одному, но я вас не боюсь, иначе я не был бы Сунь Цэ.
– А я не испугаюсь, если ты и со всей своей шайкой пойдешь на меня!
Подняв копье, Тайши Цы помчался на Сунь Цэ. Всадники схватились. После пятидесяти схваток победа еще не определилась. Чэн Пу и другие втайне восхищались единоборством. Тайши Цы, видя, что искусство владения копьем Сунь Цэ безупречно, притворился побежденным и стал отступать. Сунь Цэ погнался за ним, огибая гору, и громко кричал ему вслед:
– Беглеца нельзя считать хорошим сыном Поднебесной!
«У этого негодяя за спиной двенадцать человек, а у меня один, – думал Тайши Цы. – Живым его не схватишь – остальные придут ему на помощь. Лучше завлечь его одного в такое место, где его люди не смогут нас найти, а там уж попытаться убить»,
Тайши Цы то вступал в бой, то вновь обращался в бегство. Но разве мог Сунь Цэ упустить его! Так они достигли равнины, где протекала речка. Здесь Тайши Цы вдруг снова повернулся и вступил в поединок. Последовало еще пятьдесят схваток. Сунь Цэ занес копье, но Тайши Цы, отклонившись, ухватился за его копье. Тогда Сунь Цэ тоже ухватился за копье Тайши Цы, и они до тех пор тянули друг друга, пока оба не свалились с коней. Кони убежали. Они бросили копья и схватились на кулаки. Боевые халаты разорвались в клочья. Сунь Цэ уцепился за короткое копье, висевшее за спиной Тайши Цы, а Тайши Цы сорвал с его головы шлем. Сунь Цэ с копьем бросился на Тайши Цы, но тот закрылся шлемом. Вдруг позади послышался шум – это шло войско Лю Яо, около тысячи человек. Сунь Цэ растерялся. Но тут на помощь ему прискакали Чэн Пу и другие всадники. Противники отпустили друг друга. Тайши Цы взял коня у воина, а Чэн Пу поймал коня Сунь Цэ. Воины Лю Яо ожесточенно набросились на Чэн Пу и стали с боем продвигаться наискось по Шэньтинскому хребту, как вдруг со всех сторон раздались оглушительные крики – это проходил Чжоу Юй с войском. Уже наступили сумерки, поднялся свирепый ветер, полил дождь. Обе стороны вынуждены были отвести войска.
На другой день Сунь Цэ со своей армией подступил к лагерю Лю Яо. Оба войска заняли боевой порядок, расположились друг против друга в виде круга. Сунь Цэ прикрепил к своей алебарде маленькое копье, отобранное у Тайши Цы, и, стоя перед строем, приказал воинам кричать: «Если бы Тайши Цы не бежал столь поспешно, он был бы уже убит!» А Тайши Цы выставил перед строем шлем Сунь Цэ и тоже велел кричать: «Голова Сунь Цэ уже здесь!»
Оба войска подняли страшный шум: одна сторона хвасталась своими победами, другая – превозносила свою мощь. Тайши Цы выехал на коне, чтобы померяться силами с Сунь Цэ. Но Чэн Пу сказал Сунь Цэ:
– Вам не следует тратить свои силы. Я сам схвачу его, – и двинулся вперед.
– Подавайте сюда самого Сунь Цэ! – кричал Тайши Цы. – Что мне с тобой возиться!
Великий гнев охватил Чэн Пу, я он, взяв копье наперевес, понесся на Тайши Цы. Всадники скрестили оружие. Когда бой дошел до тридцати схваток, Лю Яо ударами гонгов велел отойти своим войскам.

Лю Яо потерпел поражение в войне и бежал, а Тайши Цы продолжил борьбу, но был пойман Сунь Цэ и согласился ему служить:

Стены Цзинсяня были не слишком высоки, и Сунь Цэ велел Чэнь У облечься в короткую одежду, взобраться ночью на стену и зажечь там огонь. Тайши Цы, увидев пламя, вскочил на коня и через восточные ворота бежал из города. Сунь Цэ с войском преследовал его. Они гнались за ним тридцать ли, но догнать не смогли. Когда же Тайши Цы промчался пятьдесят ли, из зарослей тростника раздались воинственные возгласы, и не успел Тайши Цы опомниться, как конь его был опутан веревками, а сам он взят в плен и доставлен в большой лагерь.
Сунь Цэ вышел навстречу и, отослав стражу, сам развязал пленнику путы, надел на него шелковый халат и пригласил в лагерь.
– Я знал, что вы доблестный муж, – говорил он. – Глупый Лю Яо не сумел воспользоваться таким превосходным военачальником, и потому он разбит!
Тайши Цы, обласканный Сунь Цэ, попросил принять изъявление его покорности.
– Ну, а если бы вам в поединке у Шэньтина удалось захватить меня, вы бы меня убили? – с улыбкой спросил Сунь Цэ, беря Тайши Цы за руку.
– Не могу сказать, как бы я поступил.
Сунь Цэ рассмеялся и пригласил Тайши Цы в шатер, где усадил его на почетное место и устроил в честь его пир. – Лю Яо недавно снова потерпел поражение, и воины его пали духом, – сказал Тайши Цы. – Я хотел бы собрать его войско и привести его к вам. Не знаю только, поверите вы мне или нет?
– Этого я как раз и желаю больше всего, – ответил Сунь Цэ, поднимаясь и выражая свою благодарность. – Только условимся, что завтра в полдень вы вернетесь.
Тайши Цы ушел. Военачальники уверяли Сунь Цэ, что он больше никогда не вернется, но Сунь Цэ не слушал их.
– Тайши Цы – честный человек и не изменит мне, – заявил он.
На другой день у ворот лагеря поставили бамбуковый шест, и когда тень его показала полдень, Тайши Цы во главе более тысячи воинов вернулся в лагерь. Сунь Цэ очень обрадовался, и все убедились в его способности распознавать людей.

Помогал Сунь Цэ покорить Южный Китай.
Участвовал в битве при Чиби.
В очередной войне против Вэй на равных сражался с Чжан Ляо. Пытался тайно проникнуть в город, но попал в засаду, был ранен несколькими стрелами и умер от ран:

– Когда великий муж живет в смутное время, ему надлежит носить меч и совершать подвиги, равных которым нет в мире! – воскликнул Тайши Цы. – Как жаль умирать, не выполнив того, к чему стремился!
С этими словами Тайши Цы испустил дух. Ему был всего лишь сорок один год.


 
KanuДата: Пятница, 02 Апр 10, 23:40 | Сообщение # 6
Warrior Goddess

Дополнительные данные




Любовь уничтожает смерть и превращает ее в пустой призрак, она обращает жизнь из бессмыслицы в нечто осмысленное,из несчастья делает счастье.

Дружба не нужна для жизни, она из тех вещей, без которых не нужна жизнь.

То, что воин называет волей, есть сила внутри нас самих. Это не мысль, не предмет, не желание. Воля- это то, что заставляет воина побеждать, когда его рассудок говорит ему, что он повержен. Воля- это то, что делает его неуязвимым. Воля- это то, что позволяет воину пройти сквозь стену, сквозь пространство, в бесконечность..
 
АттилаДата: Суббота, 03 Апр 10, 16:34 | Сообщение # 7
Летающий генерал

Дополнительные данные
Тэйфу Токубу – Чэн Пу.

Воин царства Ву. Участвовал в войне коалиции против Дун Чжо:

Чэн Пу, был вооружен длинным железным копьем с острием как жало змеи;

На равных сражался с Тайши Цы. Спас Сунь Цэ от слуг Сюй Гуна. Помогал ему покорить Южный Китай.
Во время подготовки к битве при Чиби был обижен, что более молодой Чжоу Юй назначен командующим. Однако, видя мастерство Чжоу Юя, раскаялся и признал его. Активно участвовал в сражении.
Во время ранения Чжоу Юя отравленной стрелой временно принял командование в войне с Вэй.
Спас Сунь Цюаня от Чжан Ляо при Хэфэе.
Умер своей смертью.

Гакусю – Ио Цзю.

Генерал, находившийся на службе у Юань Шу. Участвовал в войнах против Лу Бу и против коалиции ЛуБу, Лю Бэя, Сунь Цэ и Цао Цао. Попал в плен к Цао Цао и был казнён.

Канней – Гань Нинг.

Генерал царства Вэй. Отличный воин.
Перед тем как перейти к Ву, успел послужить нескольким хозяевам:

Все решил приезд бэйпинского ду-вэя Люй Мына, который сказал Сунь Цюаню:
– Когда я был в Лунцюшуйкоу, нам сдался Гань Нин, один из военачальников Хуан Цзу. Я поговорил с ним и узнал, что родом он из Линьцзяна, прочел много книг и обладает исключительными познаниями в истории. Это очень храбрый воин. Он собрал шайку разбойников и прошел с ними все реки и озера. Гань Нин носил бубенцы у пояса, и люди в страхе прятались, заслышав звон этих бубенцов. На лодках у него были шатры и паруса из сычуаньской парчи, и за это народ прозвал его «разбойником парчовых парусов». Гань Нин раскаялся в своих преступлениях, круто изменил поведение и со своими людьми пошел служить Лю Бяо. Но Лю Бяо обманул его надежды, и Гань Нин решил перейти к нам. Однако Хуан Цзу оставил Гань Нина у себя в Сякоу и с его помощью отвоевал обратно этот город, когда мы захватили его. Тем не менее Хуан Цзу не ценит Гань Нина и обращается с ним крайне дурно. Ду-ду Су Фэй неоднократно напоминал Хуан Цзу о заслугах этого храброго воина, но Хуан Цзу твердит лишь одно: «Неужели вы думаете, что я когда-нибудь дам важную должность этому разбойнику?» Гань Нин затаил обиду. Это было известно Су Фэю. Однажды Су Фэй пригласил Гань Нина к себе домой, угостил вином и сказал: «Я несколько раз напоминал о вас господину, но он не может найти для вас дела. А долга ли человеческая жизнь? Надо самому подумать о будущем. Все же я еще раз попытаюсь, чтобы вас назначили хотя бы начальником уезда Осянь». Хуан Цзу отказал. Гань Нин ушел из Сякоу, но в Цзяндун не решается войти из боязни, что вы на него гневаетесь за убийство Лин Цао. Я ему сказал, что вы призываете к себе мудрых и способных людей и старых обид поминать не будете. Каждый ведь старается для своего господина – что в этом плохого? Гань Нин с радостью явится к вам, только вы уж примите его получше!

Активно участвовал в битве при Чиби.
Успешно воевал в нескольких войнах с царством Вэй.

Гань Нин попросил Сунь Цюаня:
– Разрешите мне выступить с сотней всадников сегодня ночью и захватить лагерь врага. Если я потеряю хоть одного воина, считайте меня человеком, не имеющим заслуг.
Сунь Цюань похвалил Гань Нина и выделил ему сто лучших всадников из своей личной охраны. В награду за смелость он дал ему пятьдесят кувшинов вина и пятьдесят цзиней бараньего мяса.
Гань Нин выпил две серебряные чаши вина и приказал воинам сесть в ряд. Затем он обратился к ним с такими словами:
– Господин наш приказал разгромить сегодня ночью лагерь врага. Выпейте по кубку вина, и в бой!
В ответ воины только изумленно переглянулись. Заметив это, Гань Нин выхватил меч и закричал:
– Эй! Я начальник и не жалею своей жизни, а вы испугались!
– И мы готовы отдать свои силы! – отвечали воины на гневные слова Гань Нина.
Тут Гань Нин стал угощать их вином и мясом. Воины ели и пили, а когда настало время второй стражи, Гань Нин приказал им надеть латы и прикрепить к шлемам белые гусиные перья, чтобы в схватке легче было опознать своих. После этого отряд всадников помчался к лагерю врага. Разметав заграждения «оленьи рога», они с боевыми возгласами ворвались в лагерь. Но противник преградил им путь, окружив шатер Цао Цао колесницами; сквозь это железное кольцо невозможно было пробиться.
Тогда Гань Нин со своими всадниками повернул вправо. Воины Цао Цао, которые не знали численности врага, пришли в смятение. Гань Нин с боем пробивался вперед. Вдруг в лагере загремели барабаны и, как звезды, замелькали факелы. Тогда Гань Нин прорвался через южные ворота, и никто не посмел остановить его.
Потомки сложили об этом такие стихи:
Где воины У пронесутся, там духи и демоны стонут;
Гремят барабаны, литавры, и небо от страха трясется,
Летят оперенные стрелы над лагерем Цао Цао.
И все говорят: у Гань Нина – великий талант полководца.
Гань Нин вернулся, не потеряв ни одного человека. У ворот лагеря он приказал своим воинам бить в барабаны, играть на бамбуковых дудках и кричать: «Вань суй!» Их встретили приветственными криками. Сунь Цюань лично выехал навстречу победителю. Гань Нин соскочил с коня и низко поклонился ему. Сунь Цюань поднял его и, держа за руку, сказал:
– Вашей вылазки оказалось достаточно, чтобы устрашить злодея!
Он наградил Гань Нина тысячей кусков шелка и сотней острых мечей. Гань Нин с низким поклоном принял подарки и роздал их своим воинам.
Сунь Цюань радостно говорил военачальникам:
– У Цао Цао есть Чжан Ляо, а у меня есть Гань Нин!

Погиб во время похода мести Лю Бэя:

В это время полководец Гань Нин был болен и лечился у себя на корабле. Но тут пришло донесение, что войска Сянь-чжу быстро приближаются по суше. Гань Нин поспешил высадиться на берег и тут же столкнулся с отрядом воинов из племени мань, служивших царству Шу.
Все маньские воины, волосатые и босые, были вооружены длинными копьями и луками, мечами, секирами и щитами; во главе их стоял князь племени мань по имени Шамока. Лицо Шамоки цветом своим напоминало кровь, голубые навыкате глаза его сверкали. Он был вооружен булавой из дикого терновника, окованной железом, у пояса висело два лука. Вид у него был необычайно воинственный и грозный.
Гань Нин не осмелился ввязаться с ним в бой и отступил. Шамока выпустил стрелу и попал беглецу в голову. Гань Нин так и бежал со стрелой. У него едва хватило сил добраться до Фучикоу, но тут он опустился под деревом на землю и умер. А на дереве сидели вороны и сразу же с карканьем слетели на труп.
Узнав о гибели Гань Нина, Сунь Цюань сильно опечалился и приказал торжественно похоронить полководца. Позже в честь него построили храм и совершали там жертвоприношения.
Потомки сложили о Гань Нине такие стихи:
На легких судах с парусами парчовыми
По волнам Янцзы смело плавал Гань Нин.
Всем сердцем служил своему господину он,
И щедро его награждал господин.
Он чашу вина выпивал перед битвою,
Красив был и мудр, таких больше нет.
Он лагерь врага захватил и прославился,
И славить его будут тысячи лет.

Рёмо Симей - Люй Мын.

Талантливый воин и полководец царства Ву. Успешно воевал против Хуан Цзу. Участвовал в битве при Чиби. Воевал против Вэй при Хэфэй.
Его опасался Гуань Юй.
Во время действий Ву и Вэй против Гуань Юя захватил Цзинчжоу:

Люй Мын поблагодарил Сунь Цюаня и начал готовиться к походу. Он отобрал три тысячи воинов и восемьдесят быстроходных судов. По его приказанию на эти суда были посажены опытные гребцы, умевшие хорошо плавать. Все они были одеты в белые одежды; воины с оружием укрылись в трюмах.
После этого Люй Мын обсудил с военачальниками Хань Даном, Чжоу Таем, Цзян Цинем, Чжу Жанем, Пань Чжаном, Сюй Шэном и Дин Фыном порядок выступления в поход. Сам Люй Мын шел первым.
Остальное войско, возглавляемое Сунь Цюанем, было готово оказать помощь Люй Мыну в случае необходимости. В это же время к Цао Цао был послан гонец с просьбой ударить в тыл Гуань Юю.
Быстроходное судно с гребцами, одетыми в белые одежды, плыло по Синьянцзяну, как в этих местах называется река Янцзы. Вскоре судно подошло к северному берегу. Воины Гуань Юя со сторожевой башни окликнули плывущих. Те отвечали им:
- Мы торговцы! На середине реки сильный ветер, и мы хотим укрыться у берега.
Воины, которым послали с судна подарки, поверили и разрешили стать на якорь у берега.
Когда наступил вечер, неожиданно выскочили из трюма вооруженные воины и перевязали всю охрану башни. Был дан условный сигнал, и тотчас же у берега появились восемьдесят кораблей с отборными воинами.
Всех пленников переправили на корабль. Убежать не удалось ни одному. Войска Люй Мына беспрепятственно подошли к стенам Цзинчжоу.
Люй Мын решил взять город с помощью пленных. Щедро наградив их, он просил помочь ему проникнуть в город. Пленники обещали исполнить все, что он от них потребует. Тогда Люй Мын приказал им идти впереди его войска.
В полночь они были у городских ворот и окликнули стражу. Узнав своих, стража впустила их, а за ними с криком ворвались воины Люй Мына и быстро овладели городом. Люй Мын запретил своим воинам под страхом смертной казни убивать и грабить жителей. Строжайше было наказано не беспокоить семью Гуань Юя и его дворовых слуг.

Придумал план поимки Гуань Юя, который был успешно осуществлён.
Дух Гуань Юя отомстил за поражение:

Наполнив кубок вином, Сунь Цюань поднес его Люй Мыну. Люй Мын уже коснулся губами края кубка, но вдруг бросил его на землю и, ухватив Сунь Цюаня за рукав, закричал:
– Голубоглазый мальчишка! Рыжебородая крыса! Узнаешь меня?
Военачальники бросились на помощь Сунь Цюаню, но Люй Мын оттолкнул их, рванулся вперед и уселся на то место, где только что сидел Сунь Цюань. Брови его поползли кверху, глаза вылезли, и он продолжал кричать:
– Разгромив Желтых, я тридцать лет странствовал по Поднебесной, и вот я жертва твоего коварства! Но зато после смерти своей я превратился в злого духа и буду все время преследовать злодея Люй Мына! Вы узнаёте меня? Я – Гуань Юй!
Испуганный Сунь Цюань поклонился Люй Мыну, но тут же увидел, как Люй Мын рухнул на пол и умер.
Военачальники, присутствовавшие на пиру, онемели от ужаса.
Сунь Цюань распорядился похоронить Люй Мына и пожаловал ему посмертно титул Чаньлинского хоу и звание правителя области Наньцзюнь. Сын Люй Мына, Люй Ба, получил право наследовать титул отца.

Сёкё - Сяо-цяо\Кся Кьяо.

Одна из двух сестёр-красавиц Цяо. Жена Чжоу Юя. Чжугэ Лян использовал желание Цао Цао завладеть сёстрами, для того чтобы подтолкнуть Чжоу Юя к желанию заключить союз против Вэй:

И вот теперь Цао Цао по всей Поднебесной ищет необыкновенных красавиц, чтобы поселить их в этой башне. Ведь он большой любитель женской красоты! Он прознал, что у цзяндунского Цяо-гуна есть две дочери такой красоты, что перед ними меркнет луна и блекнут цветы. Старшую зовут Да-цяо, а младшую – Сяо-цяо. Цао Цао поклялся совершить в жизни своей два дела: во-первых, установить мир в стране и основать императорскую династию и, во-вторых, добыть двух сестер-красавиц Цяо из Цзяндуна. «Они будут мне утехой на старости лет, – сказал он, – тогда я смогу и умереть спокойно!» Он только делает вид, что ему нужен Цзяндун, а на самом деле он жаждет заполучить красавиц. Если хотите избавиться от угроз Цао Цао, купите у Цяо-гуна за каких-нибудь тысячу золотых этих девушек и отправьте их Цао Цао. Я уверен, что он будет очень доволен и уведет свои полчища!
– А где доказательство, что Цао Цао хочет заполучить именно двух сестер Цяо? – спросил Чжоу Юй.
– Вы знаете, что младший сын Цао Цао – Цао Чжи – великий поэт. Стоит ему лишь взмахнуть кистью, и стихи готовы, – сказал Чжугэ Лян. – Так вот Цао Цао приказал ему сочинить оду, посвященную башне Бронзового воробья. В этой оде говорится о том, что род Цао будет править Поднебесной, и сам Цао Цао клянется обладать двумя красавицами Цяо!
– Не можете ли вы прочесть мне эту оду? – спросил Чжоу Юй.
– Разумеется! Я вообще люблю сочинения Цао Чжи за их красоту, и эту оду тоже записал себе на память.
И Чжугэ Лян прочел оду башне Бронзового воробья:
На башню поднялся я с императрицей Мин-хоу.
Лазурною чашей над нами висел небосклон.
Дворец был нам виден, раскинувший мощные стены, –
Священное место, где мудрость живет испокон.
Ворота темнеют, как горы в вечернем тумане,
Как дивная башня, уходят они в облака.
И нам показалось, что в небе цветок распустился,
И в западный город дороги – лучи от цветка.
Высокая башня стоит у Чжанхэ многоводной,
За нею плодами обильно осыпанный сад.
И справа и слева, как будто друг другом любуясь,
Две башни – Дракона и Феникса гордо стоят.
На юго-востоке пленивши двух Цяо прекрасных,
Веселью предаться хочу я с красотками тут.
Внизу, под ногами, вокруг разметалась столица,
А над головою багровые тучи плывут.
В гармонии полной с моею давнишней мечтою,
Сюда соберутся великие люди искусств.
Хочу, чтобы вторило нежное пение пташек
Весеннему гимну моих расцветающих чувств.
Вовек неизменно высокое небо над нами.
Двойное желанье живет неизменно башне Бронзового воробья:
На башню поднялся я с императрицей Мин-хоу.
Лазурною чашей над нами висел небосклон.
Дворец был нам виден, раскинувший мощные стены, –
Священное место, где мудрость живет испокон.
Ворота темнеют, как горы в вечернем тумане,
Как дивная башня, уходят они в облака.
И нам показалось, что в небе цветок распустился,
И в западный город дороги – лучи от цветка.
Высокая башня стоит у Чжанхэ многоводной,
За нею плодами обильно осыпанный сад.
И справа и слева, как будто друг другом любуясь,
Две башни – Дракона и Феникса гордо стоят.
На юго-востоке пленивши двух Цяо прекрасных,
Веселью предаться хочу я с красотками тут.
Внизу, под ногами, вокруг разметалась столица,
А над головою багровые тучи плывут.
В гармонии полной с моею давнишней мечтою,
Сюда соберутся великие люди искусств.
Хочу, чтобы вторило нежное пение пташек
Весеннему гимну моих расцветающих чувств.
Вовек неизменно высокое небо над нами.
Двойное желанье живет неизменно во мне:
Любимой столице служить до последнего вздоха,
Посеять гуманность и дать просвещенье стране.
Полны совершенства лишь только Вэнь-ван с Хуань-гуном.
И с ними сравняться я был бы и счастлив и рад.
Какое блаженство, какое великое счастье,
Что благодеянья и милости всюду царят!
Что крылья-помощники дом подпирают мой царский
И мир торжествует в широких просторах страны.
Мое государство до края земли протянулось,
А блеск мой подобен сиянию звезд и луны.
И много столетий меня будут славить потомки,
Хвалить мое имя под звон наполняемых чаш.
Я царское знамя возьму, чтоб владенья объехать,
Увидят везде императорский мой экипаж.
Добро и гуманность широкой рекой разольются,
Довольство познает одаренный щедро народ.
Так пусть эта башня на веки веков утвердится,
И пусть моя радость до смертного часа цветет!
– Злодей! – закричал охваченный гневом Чжоу Юй, грозя кулаком на север. – Такого оскорбления я тебе не прощу!

Энзицу – Юань Шу.

Происходил из влиятельного рода Юань. Брат Юань Шао. Участвовал в борьбе с Дун Чжо. Не предоставил необходимое Сунь Цзяну продовольствие.
Подговорил Сунь Цзяна напасть на Лю Бяо. Дал Сунь Цэ армию под залог императорской печати. Печать не вернул и объявил себя императором. Неудачно пытался женить своего сына на дочери Лу Бу. Воевал с Цао Цао, Лю Бэем и Лу Бу. Терпел поражения и умер от переживаний. Перед смертью завещал титул императора своему брату Юань Шао.

Добавлено (02 Апр 10, 23:58)
---------------------------------------------
Гоэй – госпожа У\Ву.

Жена Сунь Цзяня. Выделялась умом. Имела серьёзное влияние на своих сыновей. Сорвала план поимки Лю Бэя, которого завлекли в Ву для «свадьбы» с её дочерью. Настояла на том чтобы свадьба была настоящей.
Так описана её смерть:

Случилось так, что зимой, в десятом месяце двенадцатого года периода Цзянь-ань [207 г.], мать мать Сунь Цюаня, госпожа У, серьезно заболела. Она вызвала к себе Чжоу Юя и Чжан Чжао и сказала:
– Я происхожу из рода У. Потеряв в детстве родителей, я вместе со своим братом У Цзин-ту переехала на жительство в княжество Юэ, где впоследствии вышла замуж за Сунь Цзяня. Я родила ему четырех сыновей. Когда родился мой старший сын Сунь Цэ, мне приснилось, что за пазуху ко мне вошла луна. А когда родился Сунь Цюань, мне приснилось, что в мои объятия спустилось солнце. Прорицатель говорил, что такой сон предвещает великую славу моим сыновьям. К несчастью, Сунь Цэ умер слишком рано, и наследство перешло к Сунь Цюаню. Обещайте помогать ему единодушно, и тогда я могу умереть спокойно! А ты, – продолжала она, обращаясь к сыну, – почитай Чжан Чжао и Чжоу Юя как своих учителей и не ленись! Моя сестра – твоя тетушка – как и я, была замужем за твоим отцом! Когда я умру, она заменит тебе мать. Уважай ее! С сестрой своей обращайся ласково, найди ей хорошего мужа!
С этими словами она умерла. Сунь Цюань долго оплакивал свою матушку.

Добавлено (03 Апр 10, 16:31)
---------------------------------------------
Ракуё

Рёфу Хосен - Лу Бу\Люй Бу.

Величайший воин эпохи Троецарствия.

Поистине, Люй Бу - первый среди людей, а Красный заяц - первый среди коней!

Превосходный наездник и стрелок из лука. Талантами стратега не блистал.
Находился на службе у Дин Юаня, выступившего против Дун Чжо, который пытался заменить императора:

Не успел Дун Чжо ответить, как Люй Бу, горя желанием сразиться, помчался прямо на него. Дун Чжо обратился в бегство. Под натиском войск Дин Юаня воины Дун Чжо отступили на тридцать ли и расположились лагерем.
Дун Чжо созвал военачальников на совет. – По-моему, Люй Бу необыкновенный человек, – сказал он. – Вот если бы мне удалось привлечь его на свою сторону, я был бы спокоен за Поднебесную!
Тут к шатру приблизился какой-то человек и обнадежил его:
– Мы с Люй Бу земляки. Я знаю его: он храбр, но не умен, гонится за выгодой и забывает о долге. Мне кажется, я сумею уговорить его перейти к вам.

Подарив Лу Бу коня, Красного Зайца, Дун Чжо сумел склонить его на свою сторону:

– Я – чжун-лан-цзян в отряде Тигров, – ответил Ли Су. – Узнав о том, что вы ярый приверженец династии, я возликовал сердцем. У меня есть необыкновенный конь, который за день пробегает тысячу ли, скачет через реки и горы, словно по ровному месту. Зовут его – Красный заяц. Я дарю его вам, мой дорогой брат, – он будет подстать вашей доблести.
Люй Бу пожелал взглянуть на такое чудо. Конь и в самом деле был великолепен. Весь красный, как пылающие угли, длиной от головы до хвоста в один чжан, высотой – от копыт до гривы в восемь чи. Его могучее ржанье достигало, казалось, до самых небес и проникало до дна моря.
Потомки сложили стихи, восхваляющие этого коня:
Он огненно-красным драконом, слетевшим с заоблачной выси,
Летит, обрывая поводья и губы кровавя уздой.
Он тысячи ли пролетает, взбираясь на горные кручи,
Преодолевая потоки, туман рассекая седой.

Ли Су уговорил Лу Бу убить своего приёмного отца Дин Юаня и перейти на сторону Дун Чжо:

– Дорогой брат, – заговорил Ли Су. – Мы с вами видимся редко, но зато я часто встречаю вашего уважаемого батюшку.
– Что с вами, брат мой? Вы пьяны? – удивился Люй Бу. – Мой батюшка уже много лет назад покинул сей мир. Как же вы могли видеться с ним?
– Неправда! – с хохотом возразил Ли Су. – Я только сегодня беседовал с Дин Юанем!
Люй Бу вздрогнул и мрачно произнес:
– Я нахожусь у Дин Юаня потому, что не могу найти ничего лучшего.
– Мой дорогой брат, – воскликнул Ли Су, – ваши таланты выше неба и глубже моря! Кто в Поднебесной не восхищается вашим славным именем? Вас ждут богатство и почести! А вы говорите, что вынуждены оставаться в подчинении у других!
– Жаль, что я не встретил более достойного покровителя! – воскликнул Люй Бу.
Ли Су, улыбаясь, сказал:
– Умная птица выбирает себе дерево, на котором вьет гнездо, а мудрый слуга избирает себе достойного господина. Благоприятный случай никогда не приходит слишком рано, раскаяние всегда приходит поздно.
– Вы, брат мой, служите при дворе, – сказал Люй Бу. – Кто, по-вашему, может считаться героем нашего века?
– По-моему, из всех сановников, которых я знаю, ни одному не сравниться с Дун Чжо, – сказал Ли Су. – Дун Чжо – человек мудрый, вежливый и ученый. Он знает, когда надо награждать и когда наказывать. В конце концов он совершит великое дело!
– Хотел бы я служить ему, но не нахожу к этому пути, – заметил Люй Бу.
Тут Ли Су преподнес ему золото, жемчуг и яшмовый пояс.
– Что это значит? – заволновался Люй Бу.
– Это значит, – сказал Ли Су, приказав сначала отослать слуг, – что Дун Чжо давно уважает вас за вашу доблесть и поручил мне преподнести вам эти дары. Красный заяц – тоже его подарок.
– Чем же я могу отблагодарить его за столь глубокое расположение ко мне?
– Уж если такой бездарный человек, как я, мог стать военачальником отряда Тигров, так невозможно описать, какие почести ожидают вас!
– К сожалению, я не могу оказать ему такие услуги, чтобы удостоиться чести предстать перед ним, – заметил Люй Бу.
– Есть одна услуга, которую вы можете ему легко оказать, – подхватил Ли Су, – но не знаю, согласитесь ли вы.
– Если бы я убил Дин Юаня и привел его войска на сторону Дун Чжо? – спросил Люй Бу.
– Если вы действительно сделаете это, то большей услуги и быть не может. Но действуйте без промедления.

Во время войны коалиции против Дун Чжо, Лу Бу защищал перевал Хулао и бился с тремя братьями:

Правитель округа Хэнэй Ван Куан подошел к перевалу первым. Навстречу ему выступил Люй Бу с тремя тысячами закованных в броню всадников. Когда Ван Куан построил свои войска в боевой порядок и сам занял место под знаменем, он увидел выехавшего вперед Люй Бу. На голове у него была шапка, шитая золотом и украшенная тремя пучками перьев; одет он был в расшитый цветами халат из красного сычуаньского шелка, перехваченный в талии поясом с пряжкой в виде львиной головы. Пояс соединял изукрашенные резьбой латы. Лук и колчан со стрелами висели у него за спиной. С двухсторонней алебардой в руках восседал он на своем быстром, как ветер, коне Красный заяц.
Поистине, Люй Бу - первый среди людей, а Красный заяц - первый среди коней!
- Кто осмелится сразиться с ним? - обернувшись, спросил Ван Куан.
Склонив копье и припустив коня, выехал знаменитый воин Фан Юэ. Всадники помчались друг на друга. На пятой схватке Люй Бу сразил Фан Юэ, и тот рухнул с коня. Люй Бу с алебардой наперевес бросился вперед. Воины Ван Куана обратились в бегство. Люй Бу рубил направо и налево, словно не встречая никакого сопротивления. К счастью, на помощь Ван Куану подоспели армии Цзяо Мао и Юань И; Люй Бу пришлось отступить. Князья, понеся значительные потери, также отступили на тридцать ли и разбили лагерь. Вскоре подошли пять остальных армий. На военном совете говорили потом, что нет воина, равного Люй Бу.
Как раз в это время войско Люй Бу с развевающимися знаменами ринулось в бой. Военачальник бэйхайского правителя Кун Юна по имени У Ань-го, вооруженный железной булавой, вступил в бой с Люй Бу. На десятой схватке Люй Бу ударом алебарды отрубил У Ань-го кисть руки. Тот выронил булаву и бежал. Все войска вышли ему на помощь, и Люй Бу снова отступил. Князья, возвратившись в лагерь, собрались на совет.
- Люй Бу великий герой, - сказал Цао Цао. - Никто не может противостоять ему. Надо собрать всех восемнадцать князей и обдумать наилучший план действий. Если захватить Люй Бу, то с Дун Чжо покончить нетрудно.
Пока они совещались, воины доложили, что Люй Бу опять вызывает кого-нибудь на бой. Теперь сам Гунсунь Цзань, размахивая копьем, выступил против Люй Бу. После нескольких схваток Гунсунь Цзань повернул коня и бежал. Люй Бу помчался за ним. Конь его, который за день мог пробежать тысячу ли, летел, как ветер. Казалось, он вот-вот настигнет Гунсунь Цзаня. Люй Бу уже поднял алебарду, собираясь вонзить ее в сердце своего врага. Но в эту минуту сбоку подскакал всадник с налитыми кровью глазами и развевающейся бородой. Наклонив свое длинное, в восемнадцать чи, копье с острием наподобие змеиного жала, он грозно кричал:
- Стой, трижды презренный раб! Яньский Чжан Фэй перед тобой!
Услышав эти слова, Люй Бу оставил Гунсунь Цзаня и вступил в бой с Чжан Фэем. Тот сражался ожесточенно, но более двадцати схваток не решили исхода поединка. Видя это, Гуань Юй вскочил на коня и, размахивая своим тяжелым, кривым, как лунный серп, мечом Черного дракона, налетел на Люй Бу с другой стороны. Всадники схватывались несколько десятков раз, но одолеть Люй Бу было невозможно. Тогда Лю Бэй, выхватив свой обоюдоострый меч, на коне с развевающейся гривой, тоже бросился в бой. Все трое окружили Люй Бу, и тот, вертясь как волчок, сражался сразу с тремя. Воины восьми армий оцепенели от этого зрелища.
Люй Бу почувствовал, что слабеет. Глядя Лю Бэю в лицо, он сделал выпад. Лю Бэй шарахнулся в сторону, а Люй Бу вихрем пронесся мимо и вырвался на свободу. Лю Бэй, Гуань Юй и Чжан Фэй гнались за ним до самого перевала.
У древних писателей есть описание этой битвы:

При Хуань-ди и Лин-ди династии участь решилась.
Светило дневное зашло, и луч предвечерний померк.
Лю Се был мечтатель и трус со слабой и робкой душою,
И вероломный Дун Чжо правителя юного сверг.
Но вот Цао Цао, восстав, призыв обратил к Поднебесной,
Взялись за оружье князья, собрали несметную рать.
С них клятву великую взял, возглавив союз, Юань Шао,
И правящий дом сохранить, и мир в стране поддержать.
Кто может сравниться с Люй Бу, известным во всей Поднебесной?
Отважен, талантлив, красив - везде вам расскажут о том.
Чешуйчатый панцырь на нем, похожий на кожу дракона,
Сверкающий шлем золотой увенчан фазаньим хвостом.
Сверх панциря шитый халат, как феникс, раскинувший крылья,
И пояс в камнях дорогих, застегнутый пряжкой литой.
Когда он летит на коне, вокруг поднимается ветер,
И алебарда блестит прозрачной осенней водой.
С любым он сразиться готов, но кто ему выйдет навстречу?
Притихли от страха бойцы, и сердце дрожит у князей.
Вдруг смело выходит Чжан Фэй, известнейший воин из Яня,
Копье у него с острием, как жало холодное змей.
Его борода и усы, топорщась, взлетают по ветру,
Пылает в нем ярости жар, и молнии мечут глаза.
Он в битве не победил и не потерпел пораженья,
И вдруг Гуань Юй прилетел на помощь ему, как гроза.
В руках его кованый меч сияет как иней на солнце.
Халат в попугаях цветных взвивается, как мотылек.
Где конь его ступит ногой, там духи и демоны стонут,
И гнев его мог остудить лишь вражеской крови поток.
С ним вышел отважный Лю Бэй, он меч обнажил свой двуострый,
Под ним закачалась земля и дрогнуло небо над ним.
Они окружили Люй Бу, и тут началось ратоборство.
Без отдыха он отражал удары один за другим.
От крика и стука мечей дрожали земля и небо,
И в мелком ознобе тряслись созвездья Тельца и Ковша.
Уже обессилел Люй Бу, он выхода ищет из битвы,
Он смотрит с тревогой вокруг, бледнея и хрипло дыша.
Последние силы призвав, он вдруг повернул алебарду
И, словно сухую траву, врагов по земле разметал;
И, к шее коня наклонясь, хлестнул его, бросил поводья
И духом одним, как стрела, взметнулся на перевал.

Сопровождал Дун Чжо в Чанань после поджёга Лояна. Разбил Цао Цао, когда тот попытался преследовать Дун Чжо. Ван Юнь с помощью Дяо Шань посеял вражду между Дун Чжо и Лу Бу. Дун Чжо даже бросил в Лу Бу алебарду. Вместе с Ван Юнем Лу Бу устроил заговор против Дун Чжо и убил его. Однако вскоре его армия была разбита генералами Дун Чжо, которые нападали на том участке сражения где не было Лу Бу, а там где был Лу Бу – отступали.
Бежал из Чанани. Некоторое время скитался. Послужил нескольким хозяевам, успел повоевать чуть ли не с половиной Китая. Его принял к себе Лю Бэй. Воспользовавшись отсутствием Лю Бэя и пьянкой Чжан Фэя, который к тому же возбудил против себя недовольство населения, Лу Бу захватил область. По возвращении Лю Бэя притворно предложил отдать область обратно, но Лю Бэй отказался.
Во время войны Юань Шу и Лю Бэя Лу Бу спас последнего, расчитывая на него в будущем:

Гуань Юй и Чжан Фэй отговаривали Лю Бэя от этой поездки, опасаясь за жизнь старшего брата.
– Я ведь неплохо относился к Люй Бу, и он не станет вредить мне, – сказал Лю Бэй братьям и поехал. Гуань Юй и Чжан Фэй последовали за ним.
Когда они прибыли, Люй Бу сказал Лю Бэю:
– Сегодня я избавлю вас от опасности, – обещайте мне, что вы не забудете этого.
Лю Бэй обещал. Люй Бу предложил ему сесть, а Гуань Юй и Чжан Фэй, опираясь на мечи, стали позади. В это время доложили о прибытии Цзи Лина. Встревоженный Лю Бэй хотел было скрыться, но Люй Бу успокоил его:
– Я пригласил вас обоих для переговоров, не истолкуйте это превратно.
Лю Бэй, не зная его истинных намерений, никак не мог успокоиться. Вскоре вошел Цзи Лин. Увидев Лю Бэя, сидящего в шатре, он тут же хотел удалиться, но окружающие помешали этому. Люй Бу втащил его в шатер, как младенца.
– Вы хотите убить меня? – спрашивал Цзи Лин у Люй Бу.
– Нет.
– Значит, вы собираетесь убить этого Большеухого?
– Тоже нет.
– Тогда что все это значит?
– Вы напали на Лю Бэя, а я пришел спасти его, ибо мы с ним братья, – сказал Люй Бу.
– Если так, убейте меня!
– В этом нет никакого смысла. Я никогда не любил ссор, я люблю творить мир. И теперь хочу прекратить вражду между вами.
– Позвольте спросить, каким образом вы собираетесь добиться этого? – осведомился Цзи Лин.
– У меня есть способ, указанный мне самим небом.
Лю Бэй и Цзи Лин насторожились. Люй Бу уселся в середине шатра, посадив Цзи Лина по левую сторону, а Лю Бэя по правую, и велел начинать пир. Когда вино обошло несколько кругов, Люй Бу сказал:
– Я хотел бы, чтобы вы из уважения ко мне прекратили войну.
Лю Бэй промолчал.
– Но ведь я получил повеление своего господина поднять стотысячное войско и схватить Лю Бэя, – возразил Цзи Лин. – Как же я могу прекратить войну?
Такое заявление привело в ярость Чжан Фэя.
– У нас хоть и небольшое войско, но мы смотрим на тебя, как на детскую игрушку! Что ты в сравнении с бесчисленным множеством Желтых! И ты еще смеешь грубить моему старшему брату!
– Сначала послушаем, что предложит Люй Бу; мы и потом успеем вернуться в лагерь и вступить в бой, – сказал Гуань Юй.
– Еще раз прошу вас прекратить войну, – настаивал Люй Бу. – Я не могу допустить, чтобы вы дрались.
Цзи Лин явно был недоволен этим, а Чжан Фэй так и рвался в бой. Люй Бу разгневался и приказал принести алебарду. Цзи Лин и Лю Бэй побледнели.
– Я еще раз предлагаю вам не воевать, – таково веление неба.
Люй Бу приказал приближенным воткнуть алебарду за воротами лагеря и обратился к Цзи Лину и Лю Бэю с такими словами:
– Отсюда до ворот сто пятьдесят шагов. Если я попаду стрелой в среднее острие алебарды, вы прекращаете войну! Если же я не попаду, возвращайтесь к себе и готовьтесь к битве. Не вздумайте противиться тому, что я сказал!
«Алебарда в ста пятидесяти шагах, – подумал Цзи Лин. – Как в нее попасть? Если я соглашусь на его условие и он не попадет, я смогу вступить в бой».
Цзи Лин согласился. Лю Бэй тоже не возражал. Люй Бу сделал всем знак сесть. Выпили еще по кубку вина, и затем Люй Бу приказал подать лук и стрелы.
«Только бы он попал!» – молился в душе Лю Бэй. Он видел, как Люй Бу закатал рукава своего халата, наложил стрелу и натянул тетиву до отказа. Хоп! Лук изогнулся, словно осенний месяц, плывущий по небу, стрела взвилась подобно звезде, падающей на землю, и точно вонзилась в цель. Военачальники и воины, находившиеся возле шатра, закричали от восторга, а потомки сложили об этом такие стихи:
Когда-то Хоу И подвело заходящее солнце,
И в битве с Ю Цзи он в помощь призвал Юань Чжи.
Люй Бу был стрелок, какого не сыщешь на свете,
Он выстрелил раз – и уже примирились мужи.
Едва тетива из тигровой жилы запела,
Орлиным пером оперенная взмыла стрела,
Качнулся бунчук – пробило насквозь алебарду,
И мощная рать боевые доспехи сняла.

После череды союзов и войн был разбит совместными действиями Цао Цао и Лю Бэя, из-за того, что не слушал своего советника Чэнь Гуна (Тинкью), да и пил немало. Вргам помогло и предательство людей Лу Бу, которые похитили Красного зайца, а затем:

Войска Цао Цао, заметив на башне белый флаг, ринулись к городу. Люй Бу пришлось самому с рассвета до полудня отражать натиск. Затем войска Цао Цао отступили.
Люй Бу отдыхал на башне и незаметно заснул, сидя в своем кресле. Сун Сянь, отослав его приближенных, похитил у него алебарду и вместе с Вэй Сюем связал спящего веревками. Очнувшись от сна, Люй Бу стал звать своих людей, но они были либо перебиты, либо разбежались. Над воротами был поднят белый флаг.

Попытался пойти служить Цао Цао и напомнить Лю Бэю о спасённой жизни, но был казнён:

Когда Цао Цао вслед за Чэнь Гуном спустился с башни, Люй Бу обернулся к Лю Бэю:
– Вы сидите здесь, как почетный гость, а я связанным брошен у ступеней. Не можете ли вы замолвить словечко, чтобы ко мне были более снисходительны?
Лю Бэй покачал головой. Вскоре вернулся Цао Цао.
– Я был главной причиной вашего беспокойства, – обратился к нему Люй Бу. – Я покоряюсь вам. Вы великий полководец, и если вы сделаете меня своим помощником, мы без труда завоюем Поднебесную.
– Каково! – Цао Цао повернулся к Лю Бэю.
– А разве вы забыли о Дин Юане и Дун Чжо? – усмехнулся Лю Бэй.
– Вот уж кому никак нельзя доверять! – воскликнул Люй Бу, глядя на Лю Бэя.
Цао Цао велел увести пленника с башни и задушить.
– Эй, длинноухий! Ты забыл, как я у ворот лагеря стрелял в алебарду?
– Люй Бу, глупец! – послышался чей-то возглас. – Умирать так умирать, тут нечего бояться!
Все посмотрели на этого человека – то был Чжан Ляо, которого тащил палач.
Люй Бу задушили. Голова его была отрублена. Потомки об этом сложили такие стихи:
Люй Бу в тот скорбный день был схвачен палачами,
Когда Сяпи залил разлившийся поток.
Не помогли Люй Бу ни меч, ни алебарда,
И Красный заяц – конь в несчастье не помог.
Самоуверен был он, словно ястреб сытый,
Сейчас же присмирел, как тигр, что в сеть попал.
Любя жену свою, отверг совет Чэнь Гуна
И парня длинноухого напрасно обругал.

Цао Цао в последствии подарил Красного Зайца Гуань Юю, когда тот находился у него на службе. Покидая Цао Цао и возвращаясь к Лю Бэю, Гуань Юй вернул Цао Цао все подарки, кроме Красного Зайца. :)




Сообщение отредактировал Аттила - Суббота, 03 Апр 10, 16:36
 
KanuДата: Суббота, 03 Апр 10, 16:51 | Сообщение # 8
Warrior Goddess

Дополнительные данные
как заказывали)



Любовь уничтожает смерть и превращает ее в пустой призрак, она обращает жизнь из бессмыслицы в нечто осмысленное,из несчастья делает счастье.

Дружба не нужна для жизни, она из тех вещей, без которых не нужна жизнь.

То, что воин называет волей, есть сила внутри нас самих. Это не мысль, не предмет, не желание. Воля- это то, что заставляет воина побеждать, когда его рассудок говорит ему, что он повержен. Воля- это то, что делает его неуязвимым. Воля- это то, что позволяет воину пройти сквозь стену, сквозь пространство, в бесконечность..
 
АттилаДата: Суббота, 08 Май 10, 12:50 | Сообщение # 9
Летающий генерал

Дополнительные данные
Тинкью - Чэнь Гун.

Великолепный стартег. Когда Цао Цао бежал после неудачной попытки убить Дун Чжо, Чэнь Гун присоединился к нему:

– Я хотел возвратиться в родную деревню, чтобы оттуда бросить клич всем князьям Поднебесной подымать войска и уничтожить разбойника Дуна, – ответил Цао Цао. – Таково мое желание!
Тут начальник уезда освободил его от пут, усадил на почетное место и, поклонившись, сказал:
– Кланяюсь вам, как справедливому и достойному сыну Поднебесной!
Цао Цао в свою очередь отдал поклон и пожелал узнать имя начальника.
– Меня зовут Чэнь Гун, – молвил тот. – У меня есть престарелая мать, жена и дети – все они живут в Дунцзюне. Глубоко взволнованный вашей преданностью государству, я хочу оставить должность и последовать за вами.
В ту же ночь Чэнь Гун приготовил все, что могло потребоваться в пути, дал Цао Цао другую одежду, и затем, вооружившись мечами, оба отправились в родную деревню Цао Цао.
Через три дня они добрались до Чэнгао. Смеркалось. Цао Цао, указывая плетью на деревушку в лесу, сказал Чэнь Гуну:
– Здесь живет Люй Бо-шэ, сводный брат моего отца. Не заехать ли нам к нему поразузнать новости, а может быть, и переночевать там?
– Прекрасно! – сказал Чэнь Гун.
Они въехали в деревушку, спешились и вошли в хижину Люй Бо-шэ.
– Я слышал, что разослан приказ, повелевающий схватить тебя, – сказал Люй Бо-шэ. – Твой отец укрылся в Чэньлю, как ты попал сюда?
Цао Цао рассказал обо всем и добавил:
– Если бы не Чэнь Гун, меня давно уже изрубили бы на мелкие части.
– Господин мой, если бы вы не спасли моего племянника, погиб бы род Цао! – воскликнул Люй Бо-шэ, кланяясь Чэнь Гуну. – Сегодня ночью вы можете отдыхать и спать спокойно.
Усадив гостей, он вышел из комнаты и, вернувшись спустя некоторое время, сказал:
– У меня в доме нет хорошего вина и нечего выпить в честь вашего приезда. Я съезжу в соседнюю деревню и достану.
Люй Бо-шэ сел на осла и уехал. Цао Цао и Чэнь Гун ждали довольно долго, и вдруг за домом им почудился странный звук, словно кто-то точил нож.
– Ведь Люй Бо-шэ не родственник мне, – встревожился Цао Цао. – Очень подозрительно, что он ушел. Давайте прислушаемся.
Крадучись, они пробрались в заднюю комнату соломенной хижины и услышали, как кто-то за стеной сказал:
– Надо связать, прежде чем резать.
– Так я и думал! – шепнул Цао Цао. – Если мы не опередим их, они схватят нас.
Они обнажили мечи и перебили всех, кто попадался им под руку – мужчин и женщин, всего восемь человек. Обыскав затем дом, они обнаружили на кухне связанную свинью, приготовленную на убой.
– Цао Цао, мы ошиблись! – воскликнул Чэнь Гун. – Мы убили добрых людей!
Второпях они покинули дом, вскочили на коней и помчались, но не проехали и двух ли, как встретили Люй Бо-шэ верхом на осле с двумя кувшинами вина. В руках он держал корзину с овощами и фруктами.
– Дорогой племянник и вы, господин, – окликнул их Люй Бо-шэ, – почему же вы так скоро тронулись в путь?
– Людям, совершившим преступление, нельзя подолгу оставаться на месте, – сказал Цао Цао.
– А я поручил домашним заколоть свинью, чтобы угостить вас, – продолжал Люй Бо-шэ. – Разве вы гнушаетесь моим убогим жильем? Умоляю вас вернуться!
Цао Цао, взмахнув плетью, поскакал вперед, но вдруг круто осадил коня и, повернувшись, крикнул, обнажая свой меч:
– Кто это едет за нами?
Люй Бо-шэ оглянулся. В этот миг Цао Цао мечом снес ему голову.
– Что вы наделали? – испуганно воскликнул Чэнь Гун. – Вы только что уже совершили ошибку!
– Если бы Люй Бо-шэ вернулся домой и увидел, что вся семья его перебита, разве он стерпел бы? – возразил Цао Цао. – Он созвал бы людей и погнался за нами, тогда мы попали бы в беду!
– Преднамеренное убийство – великая несправедливость, – сказал Чэнь Гун.
– Уж лучше я обижу других, чем позволю кому-либо обидеть себя, – ответил Цао Цао.

После этого поступка Чэнь Гун разочаровался в Цао Цао, хотел ночью его убить, но передумал и просто ушёл.
Служил Лу Бу. Придумал план заманить Цао Цао в Пуян:

– В Пуяне есть богатая семья, – говорил ему Чэнь Гун, – по фамилии Тянь. У нее тысяча слуг – это самый богатый дом в округе. Прикажите Тяню тайно послать к Цао Цао гонца с письмом, где должно быть сказано, что за жестокость народ ненавидит вас и что вы намереваетесь двинуть войска в Лиян. Пусть Тянь посоветует Цао Цао напасть ночью на Пуян и обещает ему свою поддержку. Если Цао Цао подойдет, мы завлечем его в город, а потом подожжем все ворота и снаружи устроим засаду. Правда, Цао Цао обладает даром толкования знамений Неба и Земли, но если он попадет к нам, отсюда ему не выбраться.

Во время войны Цао Цао и Лю Бэя против Лу Бу, Чэнь Гун неоднократно предугадывал события. Но Лу Бу его не слушал. В итоге Лу Бу потерпел поражения и они были пленены:

Сюй Хуан подвел Чэнь Гуна.
– Надеюсь, вы не хворали с тех пор, как мы расстались? – насмешливо спросил Цао Цао.
– Ты всегда был нечестен, поэтому я и ушел от тебя! – гневно вскричал Чэнь Гун.
– Вы утверждаете, что я нечестен, – продолжал Цао Цао. – А какой толк от вашей службы Люй Бу?
– Люй Бу хоть и не проницателен, но не так коварен и хитер, как ты!
– Но ведь вы достаточно умны и способны, не так ли? Почему же вы попали в такое положение?
– К сожалению, этот человек не слушался меня, – Чэнь Гун кивнул головой в сторону Люй Бу. – Если бы он следовал моим советам, вы не поймали бы его!
– Что же мне делать с вами?
– Сегодня – день моей смерти, и только, – заключил Чэнь Гун.
– Для вас это так, но как быть с вашей матушкой и женой?
– Я слышал, что тот, кто управляет Поднебесной, соблюдая долг сыновнего послушания, не причиняет вреда неповинным родственникам. Тот, кто вершит дела гуманно и справедливо, не мешает совершать жертвоприношения на могилах других. Жизнь моей матушки и жены зависит от вас… Раз уж я попался, убейте меня, но не мучайте воспоминаниями о близких!
Цао Цао был уже склонен помиловать Чэнь Гуна, но тот повернулся и спустился с башни. Приближенные не могли удержать его.
– Проводите матушку и жену Чэнь Гуна в Сюйчан, пусть они живут там до старости! А того, кто осмелится нерадиво выполнять это повеление, казню! – крикнул вдогонку Цао Цао. На глазах его навернулись слезы. Но Чэнь Гун даже не обернулся. Он подставил шею и был обезглавлен. Цао Цао положил его тело в гроб и похоронил в Сюйчане. Потомки, оплакивая Чэнь Гуна, сложили такие стихи:
Он о жизни не думал и к смерти был равнодушен.
Он воистину мудрым и доблестным воином был!
Но никто не склонялся к советам его многоумным,
И талант полководца в себе он без пользы таил.
Уваженья достойно, что рядом он стал с господином,
Сожаленья достойно, что в горе оставил сирот.
Все же, кто не хотел бы хоть раз походить на Чэнь Гуна,
Чтобы так умереть, как он умер у Белых ворот!

Тотаку – Дун Чжо.

Участвовал в подавлении восстания Жёлтых Повязок. Был как-то спасён Лю Бэем и его братьями, но узнав об их низком положении обошёлся со спасителями очень грубо.
Воспользовался борьбой между евнухами и аристократией. Ввёл регулярные войска в столицу и захватил власть:

Приказ явиться в столицу пришелся на руку цы-ши округа Силян – Дун Чжо. Когда-то за свою неудачную попытку разбить Желтых Дун Чжо должен был понести наказание, но, подкупив клику придворных евнухов, он вновь обрел расположение двора и был назначен на большую должность, наделен широкими правами и получил в подчинение двухсоттысячное войско округа Сичжоу. Тем не менее у него иногда прорывались далеко не верноподданнические чувства. Получив приказ, Дун Чжо тотчас же поднял войска и вместе с Ли Цзюэ, Го Сы, Чжан Цзи и Фань Чоу двинулся в Лоян, оставив своего зятя Ню Фу охранять Западную Шэньси.

Сменил императора. Переманил к себе на службу Лу Бу.
Сотворил несчётное количество злодеяний:

Ли Жу в бешенстве схватил императрицу и сбросил ее с башни. Затем он приказал задушить госпожу Тан и силой влил в рот малолетнего императора отравленное вино. Возвратившись, он доложил об этом Дун Чжо, и тот велел похоронить убитых за городом.
С тех пор Дун Чжо каждую ночь стал ходить во дворец, бесчестил придворных женщин и даже спал на императорском ложе.
Однажды Дун Чжо повел свое войско в Янчэн. Это было во втором лунном месяце, когда поселяне устраивали благодарственные жертвоприношения, на которые собирались все мужчины и женщины. Дун Чжо приказал окружить ни в чем не повинных людей, перебить всех мужчин и захватить женщин и имущество. Нагрузив разным добром повозки и привязав к ним более тысячи отрубленных голов, они возвратились в столицу, распространяя слух, что одержали великую победу и уничтожили шайку разбойников. Головы убитых были сожжены у городских ворот, а женщины и имущество разделены между «победителями».

После неудачных боевых действий против коалиции сжёг Лоян и отступил в Чанань, где был убит в результате заговора Лу Бу и Ван Юня.

Остальные.

Укицу - Юй Цзи.

Во время пира Сунь Цэ вдруг заметил, что его военачальники, пошептавшись о чем-то, один за другим спускаются с башни.
– В чем там дело? – спросил он приближенных.
– Они пошли поклониться праведнику Юй Цзи – он проходит сейчас мимо башни, – ответили ему.
Сунь Цэ перегнулся через перила башни и увидел даоса в одежде из пуха аиста. Он стоял на дороге, опершись на посох, а народ, воскуривая благовония, кланялся ему, падая ниц на дорогу.
– Что там за волшебник такой? Ведите его ко мне! – в гневе закричал Сунь Цэ.
– Монах Юй Цзи посетил столицу округа У, – объясняли ему. – Он раздает наговорную воду и исцеляет людей от всех болезней – это может подтвердить каждый. В мире его зовут «Бессмертным духом». Не оскорбляйте его!
Сунь Цэ еще больше разъярился и приказал привести даоса на башню, угрожая обезглавить ослушников. Приближенные не смели возражать.
– Безумный! – кричал Сунь Цэ на даоса. – Кто дал тебе право будоражить сердца народа?
– Я бедный даос – служитель дворца в Ланъе, – отвечал Юй Цзи. – Еще во времена императора Шунь-ди я ушел в горы собирать целебные травы и там у Цюйянского источника нашел священную книгу, называющуюся «Путь к великому спокойствию и вечной молодости». В книге более ста свитков, и все они учатискусству врачевания людских недугов. Бедный даос изучил ее, и теперь его единственное занятие от имени неба распространять это учение и спасать род человеческий. Никогда я не брал у людей даже ничтожной мелочи, как же могу я подстрекать их на дурные дела?
– Так ты говоришь, что ничего не берешь? – воскликнул Сунь Цэ. – А откуда у тебя одежда и пища? Ты, наверно, приспешник Чжан Цзяо. Если тебя не убить, будет беда!
– Не убивайте его! – предостерег Чжан Чжао. – Даос Юй Цзи десятки лет живет в Цзяндуне и ни одного злодеяния не совершил.
Никакие уговоры не действовали. Даже Чэнь Чжэню не удалось ничего добиться.
– Убить такого волшебника – все равно что убить свинью или собаку! – твердил Сунь Цэ. Гнев его не стихал. Он приказал бросить даоса в темницу.
Гости разошлись. Сунь Цэ вернулся во дворец. Там уже все было известно. Мать Сунь Цэ вызвала его к себе.
– Я слышала, что ты надел оковы на праведника Юй Цзи? – молвила она. – Смотри, не причиняй ему вреда! Люди его любят – он многих излечивает от недугов!
– Матушка! – перебил ее Сунь Цэ. – Этого волшебникауничтожить необходимо, иначе он своим искусством может возмутить народ.
По его приказу, даоса привели на допрос. Смотритель темницы, почитавший Юй Цзи, держал его без оков, но к Сунь Цэ доставил его в оковах. Сунь Цэ прознал об этом и жестоко наказал смотрителя, а даоса бросил обратно в темницу. Чжан Чжао и еще несколько человек умоляли Сунь Цэ пощадить Бессмертного, но он их упрекнул;
– Неужто вы, ученые люди, не можете понять меня? Помните, цы-ши Чжан Цзинь из Цзяочжоу верил в подобные ложные учения, бил в барабаны, воскуривал благовония, надевал себе на голову красную повязку, уверяя, что этим можно помочь армии, выступающей в поход. И что же? Он погиб в бою с врагом. Нет, в таких учениях пользы никакой нет, вы просто не хотите этого сознавать. Я твердо намерен предать Юй Цзи смерти, дабы воспрепятствовать распространению ложного и вредного учения.
– Мне известно, что даос Юй Цзи может вызвать ветер и дождь, – заметил Юй Фань. – А у нас сейчас засуха. Велите ему вызвать дождь, чтобы он этим искупил свою вину
– Что ж, посмотрим, что это за волшебник, – сказал Сунь Цэ.
Он распорядился снять с Юй Цзи оковы и приказал ему подняться на помост и вызвать дождь. Юй Цзи совершил омовение, сменил одежду, обвязался веревкой и лег на солнцепеке. Толпы людей запрудили улицы.
– Я буду молиться о трех чи благотворного дождя, чтобы спасти народ, – сказал он, – но смерти я не избегну.
– Если молитвы ваши вознаградятся, наш господин отнесется к вам с почтением, – уверяли его люди.
– Нет, участь моя уже решена!
К помосту подошел Сунь Цэ.
– Помни! – сказал он даосу. – Если к полудню дождя не будет, я тебя сожгу!
По его приказанию люди начали собирать хворост.
Около полудня поднялся сильнейший ветер, небо нахмурилось. Стали собираться черные тучи.
– Вот так волшебник! – издевался Сунь Цэ. – Время подходит, а дождя все нет!
Он велел положить Юй Цзи на кучу хвороста и поджечь ее с четырех сторон. Ветер раздувал пламя, столб черного дыма поднялся к небу. И вдруг загремел гром, засверкали молнии, дождь хлынул как из ведра. В одно мгновение улицы превратились в реки, горные потоки вздулись. Поистине три чи живительного дождя!
Юй Цзи, возлежа на куче хвороста, восклицал:
– О тучи, прекратите дождь! Солнце, засияй снова!
Люди помогли ему подняться, освободили от пут и благодарили его, почтительно кланяясь. Стоявший в воде Сунь Цэ в ярости заревел:
– Сияние солнца и дождь – законы неба! Волшебник этим воспользовался! Чему вы удивляетесь?
Угрожая мечом, Сунь Цэ велел без промедления обезглавить даоса. Приближенные вновь было попытались отговаривать его, но Сунь Цэ раздраженно спросил:
– Вы что, захотели стать сообщниками этого мятежника?
Больше никто не осмеливался поднять голос. Сунь Цэ кликнул палача. Стража схватила Юй Цзи – один взмах меча, и отрубленная голова скатилась на землю. Клубы густого дыма вырвались из нее и унеслись к северо-востоку. Сунь Цэ велел убрать тело даоса и в указе объявить, в чем его преступления.
Всю ночь бушевал ветер, лил дождь, а наутро ни головы, ни тела Юй Цзи не нашли. Стража, охранявшая его, доложила об этом Сунь Цэ. В припадке гнева он хотел расправиться со стражей, но вдруг заметил человека, медленно входившего в зал. Это был Юй Цзи.
Сунь Цэ попытался вытащить меч и зарубить его, но ему стало дурно, и он упал на пол. Приближенные унесли его в опочивальню. Через некоторое время сознание вернулось к нему. Госпожа У пришла навестить сына.
– Сын мой, – сказала она, – ты поступил несправедливо! Убийством праведника ты накликал на себя беду!
– Матушка, – отвечал он, – я с малых лет следовал за отцом во всех походах и рубил врагов, как коноплю! Была от этого какая-нибудь беда? Нет! Что же может случиться теперь, когда я убил волшебника?
– Это все происходит от твоего неверия! – сокрушалась мать. – Надо совершить какое-либо доброе дело, чтобы отвести беду.
– Зачем мне молиться об отвращении зла? Судьбой моей распоряжается небо, но никак не этот колдун!
Ночью, когда Сунь Цэ лежал во внутреннем покое, пронесся порыв холодного ветра. Светильники погасли, затем вспыхнули снова. При их слабом свете Сунь Цэ увидел Юй Цзи, стоявшего возле ложа.
– Я поклялся убивать колдунов, дабы очистить Поднебесную от зла! – вскричал Сунь Цэ. – Если ты темный демон, как смеешь ты приближаться ко мне?
Сунь Цэ метнул в призрак свой меч. Тот исчез.
Беспокойство госпожи У усилилось, когда она узнала о происшедшем; сын, хоть и был тяжело болен, все же старался успокоить материнское сердце. Но она отвечала ему:
– По словам мудреца: «Когда духи и демоны проявляют свои добродетели – добродетели эти наивысшие», а «молиться высшим и низшим духам – значит служить им». Словам мудреца не верить нельзя! – твердила госпожа У. – Ты убил Юй Цзи несправедливо. Разве за это тебе не грозит расплата? Я уже распорядилась устроить жертвоприношение в кумирне Прозрачной яшмы. Пойди помолись, может быть воцарится спокойствие!
Сунь Цэ ослушаться не посмел и, собравшись с силами, в паланкине отправился в кумирню. Даосы встретили его и проводили внутрь. По их просьбе Сунь Цэ воскурил благовония, но возносить моления не стал. К его удивлению, дым, подымавшийся из курильницы, превратился в цветистый зонт, а на верхушке его сидел Юй Цзи. Сунь Цэ выругался и бегом бросился из кумирни, но опять увидел волшебника: он стоял у ворот и гневными глазами глядел на него.
– Видите вы этого демона? – обратился он к приближенным.
– Нет! – отвечали ему хором.
Сунь Цэ выхватил висевший у пояса меч и бросил его в Юй Цзи. Тот упал. Тогда все на него посмотрели – это оказался воин, накануне отрубивший голову даоса. Удар пришелся ему по голове, и он вскоре умер.
Сунь Цэ велел его похоронить и направился к выходу. Здесь перед его взором опять предстал Юй Цзи.
– Эта кумирня – прибежище волшебников! Разрушить ее!
Воины принялись снимать черепицу, и Сунь Цэ снова увидел Юй Цзи – он стоял на крыше и тоже сбрасывал черепицу.
Сунь Цэ велел разогнать даосов и сжечь кумирню, но в языках пламени ему снова почудился Юй Цзи. В страшном гневе Сунь Цэ вернулся во дворец – Юй Цзи стоял у ворот.
Сунь Цэ, не заходя во дворец, с тремя отрядами воинов выехал из города и разбил лагерь. Там он собрал своих военачальников и держал с ними совет, как оказать помощь Юань Шао в войне против Цао Цао.
– Не начинайте сейчас, подождите, пока выздоровеете, – советовали военачальники. Ваше драгоценное здоровье требует покоя. Войско не поздно будет двинуть и потом!
Сунь Цэ ночевал в лагере. Ночью ему все время чудился Юй Цзи с распущенными волосами. Сунь Цэ кричал и метался в шатре.
Наутро мать вызвала его к себе.
– Сын мой, как ты похудел! – со слезами воскликнула она, заметив изнуренный вид сына.
Сунь Цэ взглянул в зеркало, но вместо себя увидел Юй Цзи. Испустив пронзительный вопль, Сунь Цэ разбил зеркало. Сознание его помутилось, раны раскрылись, и он упал. Госпожа У велела отнести его в спальню.
– Не жить мне больше! – с горестным вздохом произнес Сунь Цэ, когда спустя некоторое время сознание вернулось к нему.

Огласив свою предсмертную волю Сунь Цэ скончался.

Када (врач лечивший Рёмо) - Хуа То.

Лучший врач эпохи Троецарствия. Лечил генерала Чжоу Тая (генерал Сунь Цэ):

– Это Хуа То из округа Цяо, что в княжестве Пэй, – сказал ему Юй Фань. – Поистине это бог всех лекарей в наши дни! Я приведу его к вам.
Не прошло и дня, как лекарь был уже на месте. Это был человек с лицом юноши, белоснежной бородой и степенными манерами старца. Его приняли как высокого гостя и просили осмотреть раны Чжоу Тая.
– Вылечить его совсем простое дело! – воскликнул Хуа То.
Он дал лекарство, и через полмесяца Чжоу Тай был здоров. Сунь Цэ горячо поблагодарил Хуа То.

Лечил Гуань Юя, раненого отравленной стрелой:

– Тогда прикажите выбрать в лагере тихое место, и пусть там поставят столб, к которому прибьют кольцо. Вы проденете в это кольцо руку, а я крепко привяжу ее к столбу. Потом я накрою вашу голову одеялом, разрежу рану и соскоблю с кости яд. После этого смажу руку лекарством, зашью рану шелковыми нитками, и все будет хорошо. Боюсь только, что вы испугаетесь.
– Неужели из-за такого пустяка надо вкапывать столб? – воскликнул Гуань Юй и распорядился в честь приезда лекаря подать вино. Выпив несколько кубков и продолжая играть с Ма Ляном в шахматы, он протянул Хуа То руку.
Лекарь взял острый нож и, приказав одному из воинов держать таз для крови, обратился к Гуань Юю:
– Не пугайтесь, я сейчас начинаю.
– Делайте, что угодно, – ответил Гуань Юй. – Я не из тех людишек, которые боятся боли!
Хуа То глубоко разрезал рану. Кость уже почернела. Лекарь начал скоблить ее ножом. В шатре стояла мертвая тишина, слышалось только скрежетание железа о кость. Присутствующие побледнели и закрыли лица руками. Гуань Юй в это время пил, ел, разговаривал и смеялся, ничем не выдавая своих страданий.
Таз наполнился кровью. Хуа То быстро вычистил зараженное место, смазал руку лекарством и зашил нитками.
– Готово!
Гуань Юй встал и, улыбаясь, сказал военачальникам:
– Я владею рукой так же свободно, как прежде, и нет никакой боли! Поистине этот лекарь – чародей!
– Всю свою жизнь я лечу людей, – покачал головой пораженный Хуа То, – но, признаться, никогда еще не встречал такой твердости духа! Вы, должно быть, не человек, а дух!
Потомки об этом сложили такие стихи:
Искусство лечить заключается в том,
Чтобы тот, кого лечат, не чувствовал боли.
Великим целителем был Хуа То,
Он встретил героя с железною волей.
Когда Гуань Юй поправился, он устроил пир в честь Хуа То.
– Хотя рана ваша и зажила, – предупредил его лекарь, – но вам следует сохранять покой; не гневайтесь и не волнуйтесь понапрасну. Если вы послушаетесь моего совета, через сто дней вы будете совершенно здоровы.

Был призван лечить Цао Цао:

– У вас, великий ван, голова болит потому, что вас продуло, – сказал Хуа То. – Ваша болезнь кроется в черепе. Там образовался нарыв, и гной не может выйти наружу. Лекарства и настои здесь бесполезны. Но я могу предложить вам другой способ лечения: выпейте конопляного отвара и крепко усните, а я вам продолблю череп и смою гной. Тогда и корень вашей болезни будет удален.

Цао Цао посчитал, что Хуа То пытается его убить и заточил в темницу и пытал. Вскоре Хуа То умер. Цао Цао не намного пережил врача, скончавшись от болезни.

Добавлено (08 Май 10, 12:19)
---------------------------------------------
Моукаку - Мын Хо.

Вождь южных варваров. Воевал с Шу. Знаменит тем, что 7 раз попадал в плен и в шести случаях находил оправдание своему поражению, после чего обещал при следующем поражении подчиниться. Подробнее об этом можно прочесть в этой стратагеме:
ссылка
В седьмой раз всё закончилось следующим:
Во время обеда у входа в палатку появился вестник от Чжугэ Ляна и обратился к Мэнхо:
— Чжугэ Лян считает позором вновь встречаться с вами. Он поручил мне освободить вас. Соберите против него следующую армию, если сумеете, и устраивайте ещё одну решающую битву. А теперь уходите!
Вместо того чтобы бежать, Мэнхо разрыдался.
— Семь раз попал я в плен и семь раз отпущен, — сказал он. — С древних времён не случалось ничего подобного. Я, конечно, необразованный человек, но не вовсе лишён чувства благодарности. Как мог бы я быть таким бессовестным!
Он и его спутники упали на колени и поползли с оголённой верхней половиной тела (знак раскаяния) к шатру военачальника.
— О министр, вы обладаете величием неба. Мы, люди Юга, никогда больше не окажем вам сопротивления.
— Так ты подчиняешься, наконец? — спросил Чжугэ Лян.
— Я, мои сыновья и внуки глубоко тронуты вашим всепроникающим животворным великодушием. Как же можем мы не подчиниться!?
Чжугэ Лян пригласил Мэнхо в свой шатёр, предложил ему сесть и устроил праздничный пир. Он подтвердил царское достоинство Мэнхо и вернул ему все захваченные земли.

Добавлено (08 Май 10, 12:50)
---------------------------------------------
Моую - Мын Ю.

Младший брат Мын Хо. Участвовал в войне против Шу. После второго пленения Мын Хо, был послан с дарами к Чжугэ Ляну, но истинной целью было разведать обстановку и помочь изнутри нападению Мын Хо. Однако Чжугэ Лян разгадал план, напоил Мын Ю и его людей и устроил засаду. Мын Хо был пленён в третий раз. Мын Ю так же несколько раз попадал в плен. В итоге вместе с братом подчинился Чжугэ Ляну.




Сообщение отредактировал Аттила - Суббота, 08 Май 10, 12:51
 
DiaДата: Понедельник, 17 Май 10, 15:08 | Сообщение # 10
Уличный боец

Дополнительные данные
Оу...Даже слов нет, вы проделали огромную работу. Спасибо=)
 
StiflerДата: Пятница, 11 Июн 10, 19:20 | Сообщение # 11
Младший повелитель

Дополнительные данные
Аттила, очуметь, я в шоке!
Спасибо, ты лучший!
А это... Осталось пара вопросов, точнее один - для Оина и остальных не было картинок, или просто у меня не загрузились?


"Нельзя сломить дух бойца!"

- Зовут меня Гуань Юй, а родом я из Цзеляна, что к востоку от реки Хуанхэ, - ответил тот. - Там я убил кровопийцу, который, опираясь на власть имущих, притеснял народ. Пришлось оттуда бежать. Пять-шесть лет скитался я по рекам и озерам и вот теперь, прослышав, что здесь набирают войско, явился на призыв.

Morir es Vivir (исп. - Умереть, чтобы жить)

 
АттилаДата: Вторник, 16 Ноя 10, 17:00 | Сообщение # 12
Летающий генерал

Дополнительные данные
Quote (Stifler)
А это... Осталось пара вопросов, точнее один - для Оина и остальных не было картинок, или просто у меня не загрузились?

Картинок не было. Я брал из игры, а в игре не все персонажи представлены.

Добавлено (11 Июн 10, 19:45)
---------------------------------------------
Просьба не отписываться в этой теме. С благодарностями, вопросами, критикой, обсуждениями, пожеланиями в эту тему:
http://schoolwars.ucoz.ru/forum/20-549-1
:)

Добавлено (16 Ноя 10, 17:00)
---------------------------------------------
Добавляю жизнеописание женского пердставителя трёх столпов Кёсё:

Гакусин Бункен - Ио Цзинь.
Поступил на службу к Цао Цао во время организации антидунчжоовской коалиции. Участвовал в спасении Цао Цао во время его бегства после поражения от отступающего Дун Чжо. Участвовал в войне с Лу Бу. Помогал Дянь Вэю спасти Цао Цао из горящего Пуяна:

У ворот он столкнулся с Ли Дянем и спросил его, не видел ли он, где Цао Цао.
– Я никак не могу его найти, – отвечал Ли Дянь.
– Скорей приведи подмогу из-за города, а я отправлюсь на поиски господина! – крикнул ему Дянь Вэй.
Ли Дянь ускакал. Дянь Вэй снова проник в город, но Цао Цао так и не нашел. Тогда он опять выбрался за городскую стену и встретил возле рва Ио Цзиня, который тоже спросил, где Цао Цао.
– Я дважды обыскал весь город, но не нашел Цао Цао, – сказал Дянь Вэй.
– Давай спасать его вместе, – предложил Ио Цзинь.
Когда они вновь добрались до ворот, на стене затрещали хлопушки, и перепуганный конь Ио Цзиня не хотел въехать в ворота.

Участвовал в северном походе против Юань Шао. Сражался при Чиби и во время отражения атаки Ву на Хэфэй.
Был тяжело ранен во время очередной войны с Ву:

Противники расположились полукругом друг против друга. Первым вперед выехал Чжан Ляо; слева от него был Ли Дянь, справа Ио Цзинь. Чжан Ляо сделал знак Ио Цзиню вступить в поединок с Лин Туном. Они схватывались более пятидесяти раз, но не могли одолеть друг друга.
Цао Цао, заинтересованный ходом поединка, выехал под знамя. Всадники были поглощены боем, и Цао Цао, заметив это, приказал военачальнику Цао Сю выехать немного вперед и подстрелить Лин Туна из лука. Стрела Цао Сю попала в коня Лин Туна. Конь взвился на дыбы и сбросил всадника на землю. Ио Цзинь бросился к упавшему противнику, чтобы пронзить его копьем, но в тот же миг зазвенела тетива и в лицо Ио Цзиня вонзилась стрела. Ио Цзинь рухнул с коня на землю. Воины подхватили его и увезли в лагерь.
Удары в гонг возвестили об окончании битвы. Лин Тун вернулся в крепость и с благодарностью поклонился Сунь Цюаню. А Сунь Цюань сказал:
– Это Гань Нин выстрелил из лука и спас тебя.
Тогда Лин Тун поклонился Гань Нину.
– Простите меня! – сказал он. – Я не ожидал, что вы окажете мне такую милость!
С тех пор Гань Нин и Лин Тун стали друзьями на жизнь и на смерть.
Раненого Ио Цзиня Цао Цао приказал отнести в шатер и вызвать к нему лекаря.

Дальнейшая судьба неизвестна.




Сообщение отредактировал Аттила - Вторник, 16 Ноя 10, 17:01
 
Форум » Общее о "Школьных войнах" » Главные герои » Исторические прототипы персонажей "Школьных войн" (Информация)
Страница 1 из 11
Поиск:
Аттила, RazieL13, RESIST, Чжоу-Юй